— Не могу сказать, — честно и лаконично ответил Ричи.
Лица спасенных им людей были уставшими, но вместе с тем какими-то просветленными. Каждый из них еще вчера простился со своей жизнью, но! По воле провидения на их пути встретился этот странный человек, имени которого они до сих пор не знали.
— Меня зовут Томас Мор, — заговорил вдруг второй из бывших узников, — я очень влиятельный человек. Поверьте, кто-то ответит за все эти злодеяния!
— Мистер Томас, — не дал ему закончить Свод, — мне нет никакого дела до всего этого. Должен признаться, что …я далеко не добродетель, коим вижусь всем вам. Поэтому не благодарите меня – я преследовал свои цели. — Свод немного помолчал, а затем продолжил: — За себя и своего спутника я спокоен, но касательно вас у меня есть серьезные опасения. Те негодяи, что пленили вас, похоже, знают, кто есть вы, а потому обязательно станут искать и преследовать.
— О, не беспокойтесь, — ответил Мор, — мы достаточно защищены в обычной жизни.
— Хм, — снисходительно улыбнулся Ричи, — интересно, тогда как вы влипли в эту историю с подземельем?
Томас тяжело вздохнул:
— Это был как раз единственный и досадный промах, мистер…?
— Свод.
— Конечно, — согласился Мор, — конечно, мистер Свод. Ведь настоящего своего имени вы нам не откроете?
— Нет.
— Жаль, я бы хотел вас отблагодарить. Информация с пластин для нас с Джоном просто безценна, а ко всему еще вы спасли наши жизни и жизни этих несчастных! Я искренне хочу для вас что-то сделать, но, к сожалению, сейчас у нас нет с собой даже мелкого пенни. У нас отобрали решительно всё!
— Стоит ли, Томас? — лениво взирая в небеса, устало спросил Ласт Пранк. — Не далее, чем через неделю я навсегда покину Англию и уберусь в глубь материка так далеко, что найти меня уже не сможет никто из врагов. Повторяю, не стоит благодарности, я спас вас случайно… Не отягощайте свою голову лишними заботами. Что же до моего дальнейшего пути, то если божественное Провидение будет так же благосклонно ко мне, как и до сего момента, я безбедно увезу с собой пластины. А вот вам… Эти люди будут думать, что сокровища у вас и вас очень скоро найдут.
— О, мы примем меры, мистер Свод.
— Какие? — хитро щурясь на солнце, спросил Ричи. — Эти упыри, насколько я понял, давно и плотно сбиваются в свои страшные стаи. Это дьявольская сила, мистер Томас. И, думается мне, среди них достаточно людей, не менее влиятельных, чем вы. Любого можно оболгать перед королем, любого можно предать или продать с потрохами… Вы ведь не можете знать всех голодных волков этой стаи.
Я слышал о том, что существуют такие общества откровенных упырей и всегда сторонился их дел. Прошу вас, прислушайтесь к моим предостережениям, Томас. Возможно, в открытую они и не объявят вам войну, но найдут другой, изощренный способ расправиться с такими важными свидетелями. Берегитесь сами и побезпокойтесь, пожалуйста, о девушке. У нее никого не осталось. Неспроста же судьба связала вас с ней воедино? И, — назвавшийся Сводом кивнул в сторону хутора, — начиная с этой секунды, будьте трижды осторожны. Здесь вас уже ищут. Прощайте!
Он хлопнул по плечу своего товарища, и они, тут же свернув с наезженной крестьянскими телегами дороги, спешно скрылись в кустах.
До Эксетера Ласт Пранк и его верный спутник добрались к полудню двадцатого января. В дом Шеллоу Райдеров они вошли через торговую лавку на первом этаже, дабы не вызвать ни у кого подозрений. Их встретила взмокшая от работы Синтия, которая сразу же поведала Ричи главную, невеселую новость: его отец, Уил, разбитый лихорадкой, уже второй день, как свалился в постель, и теперь она, Энни и пара безтолковых грузчиков пытаются совместными усилиями удержать на плаву семейное дело.
Что ж, приходится признать, как только деятельный Уил захворал, тут же стало ясно, чего стоило безмерно раздутое самомнение Синтии. Они с матерью едва ли могли справиться в пекарне, на мельнице и в лавках.
Свода тяготила мысль о том, что придется отложить отъезд за море. Делать этого было нельзя. Благосклонность фартуны крайне переменчива, не стоило ее упускать, но с другой стороны – отец. Его на самом деле порядком трясло и выкручивало. Ричи, не раз и не два видевший подобное, объяснил Энни детально, как борются с лихорадкой моряки, а сам с кротким трудягой Казиком с головой нырнул в изрядно забытые пекарные хлопоты.