— Близко к тому, Война, — радуясь догадливости друга, подтвердил Свод. — Только не бойтесь ради бога, я ничего не подписывал кровью…
Якуб уперся взглядом в бледное небритое лицо друга. Оно сейчас вполне вписывалось в образ бывалого пирата, но вот глаза! Они просто лучились легким, безшабашным весельем.
— Вы полагаете, это смешно? — стараясь выглядеть строго, спросил хозяин Мельника.
— Нет, Война, — с облегчением выдохнул джентльмен удачи, — просто с каждой минутой мне становится всё легче. Честное слово, за такую сделку можно было бы расписаться и кровью. Если так пойдет дальше, завтра же утром я уеду.
— Куда Свод? Зачем?!
— Этот …человек, это дерево попросило.
— Бред! — не выдержал Якуб.
— Выходит, и у вас тоже бред? И у пани Сусанны? Может, Казика разбудим, спросим?
— Это просто… — от нелепости происходящего стал заикаться Война, — н-н-не слыхано! Какое-то дурацкое дерево является вам в бреду и приказывает убраться отсюда?
— Не убраться, Якуб, а сделать некое одолжение. В противном случае меня ждут серьезные неприятности, и даже не спрашивайте какие, поскольку об этом я должен молчать.
— Но куда, куда вы поедете?
— В Англию.
— Что? — едва не вскрикнул Якуб. — Вас же там ищут, Ричи!
— Якуб, друг мой, мне сложно объяснить вам, что со мной произошло. У меня просто нет на это времени, как и на то, чтобы в полной мере отблагодарить вас за все, что вы для меня сделали. Не перебивайте, прошу вас, — Свод улыбнулся. — Я изменился здесь. Я и представить себе не мог, что когда-либо сумею так изъясняться.
— Ричи, — рассмеялся Война, — вы пытаетесь умничать, как покинувший нас Никаляус Эшенбурк, только его слова, в отличие от ваших, заслуживали…
— Откуда вам знать, чего они заслуживали? — неожиданно жестко оборвал его Ласт Пранк. — Привыкли отзываться о нем: «Никаляус — умница, добряк, образованный человек», а он меж тем прозябает сейчас в затхлом подвале, в полном мраке, в грязи и неопределенности.
Глаза Якуба округлились. Он вглядывался в лицо Свода и понимал, что уж это-то точно не бред и не хмельной припадок. Англичанин на самом деле переживал какие-то свежие эмоции, связанные с Эшенбурком.
— Никаляус в подвале? — неуверенно спросил Война. — В нашем?
— О, — тяжело выдохнул Ласт Пранк, — многое можно было бы отдать за то, чтобы узнать, где находится этот подвал. И даже за то, чтобы объяснить, что это за подвал. Это… — Свод силился вогнать в слова проносящиеся в его сознании образы, но отпущенных ему природой рамок было для этого решительно мало. — Это и здесь, и сразу же в другом месте, где-то по ту сторону этого мира.
— Там, где мертвые? — попытался понять Якуб.
— Ну вот, опять, — с досадой ответил Ласт Пранк, нервно оглаживая небритое лицо. — Там и мертвые все еще живы понимаете, Война? Не все, а только те, кого …задержали на какое-то время. Черт подери, — привычно выругался себе под нос пират, — вся штука в том, что там и времени такого, как здесь, нет. Как сказать-то? Их там держат, пока здесь все не сложится так, как надо.
— Кто держит, — с кислой физиономией спросил Якуб, — черти?
— То-то и оно, — озадачился пират, — что это застрявших в том подвале можно назвать чертями…
Часть 1 Глава 4
Глава 4
— …Вот так, мой друг, — горько вздохнул англичанин, глядя на то, как реагирует собеседник на поступающую информацию. — Помните, некогда в шутку вы высказались об ограниченности английского языка? Стоит теперь признать, вы были абсолютно правы. Мне очень сложно всё это вам объяснить…
Выводы, которые лезут в мою голову в связи с тем, что происходит в этом подвале Чистилища, просто переворачивают человеческое мироустройство. Уверяю вас, там нет ничего общего с тем, что говорят нам епископы. Богам и прочим сущностям, что живут рядом с нами известен каждый наш шаг – в былом ли, в будущем. То, что мы высокопарно называем «непознаваемый рок» или «судьба», для них просто открытая книга.
И если кто-то из нас, людей, не пошел предначертанным путем или серьезно ошибся, или погиб раньше времени, искривив тем самым линии других судеб, — Ричи смахнул со лба проступающие капельки пота, — тогда великаны Жнецы или, противостоящая им очень красивая женщина возвращает их назад… За порогом нашей жизни такое вполне возможно, и я – яркий тому пример.