Джентльмен, судя по всему, рассчитывал на другую реакцию и был обескуражен. Еще бы, ведь на него в этой лавке косились все. В голове молодого потомка рыцарского рода никак не укладывалось, что его личное героическое решение наведаться в этот маленький магазин могло быть так жестко проигнорировано.
Уязвленная гордость заставила его двинуться к прилавку и стать в быстро редеющую очередь. В отличие от него, снующие вокруг покупатели имели четко поставленные цели, а потому брали хлеб или муку, бросали на глиняную тарелку монеты и тут же уходили прочь.
— Вы не помните меня, мисс Синтия? — не выдержал Сэквелл, едва только очутился напротив полок с буханками. — Я Роберт.
— Здравствуйте, мистер Роберт, — холодно приветствовала его девушка, заканчивая обслуживать очередного покупателя, — подождите немного! Итак, я вас слушаю: что будете брать?
— Я, — замялся окончательно подавленный джентльмен, — я еще не решил. Пусть пока покупают другие.
— Как скажете, — вполне естественно не стала давить на покупателя мисс Шеллоу Райдер, — у которой сейчас началось едва ли не самое жаркое время в году, ведь большинство горожан очень плотно закупалось съестным к Рождеству. Далеко не все из них могли тратить драгоценное топливо на праздничную выпечку. Тут прогреть бы жилище чуть больше обычного, куда там такие траты – возиться с тестом. Купить готовые калачи или пироги выходило намного выгоднее. Печи хлебопеков не успевали остывать, а потому требовали не так много дров и угля. В тепле возле пекарских топок доходило тесто, а в духовых шкафах за небольшую плату можно было приготовить праздничную еду и здорово сэкономить на топливе.
Весомый приток покупателей, дожидавшихся свежего хлеба, был на руку Синтии в ее непростой игре. Во-первых, ее важный кавалер оставался в дураках, стоя в сторонке и повторно дожидаясь своей очереди. Во-вторых, он делал это в непосредственной близости от самой Синтии, и она, встречаясь с ним взглядом и вежливо улыбаясь ему в ответ, вполне могла поддерживать в нем огонь интереса хоть до вечера. В-третьих, никому и в голову не придет чесать языками по этому поводу, ведь практически никто не слышал их короткого разговора. Перечисление всех этих выгод можно было продолжать, но уже было ясно одно: слава небесам, ее молитвы услышаны, и ей послали достойного жениха.
Ситуация складывалась для Синтии просто прекрасно: коротая время в ожидании, он мог как следует рассмотреть не только ее прелестное личико в новом белоснежном чепчике, а ее всю – независимую, сильную и бойкую. Кто бы не мечтал о такой жене!? А раз уж он не уходит, то зрелищем этим следует накормить его досыта, чтобы не мог оторвать взгляда от ее гибкой тонкой фигуры, от белоснежной кожи, от вьющихся огненно-рыжих локонов, от лукавых карих глаз… Важно удержать его внимание до тех пор, пока не появится возможность остаться с ним с глазу на глаз. «А уж там, — уверяла себя девушка, — я не дам этой рыбке сорваться с моего крючка».
— Мистер распробовал наш хлеб? — будто невзначай поинтересовалась Синтия. — Вам не откажешь в упорстве.
До Сэквелла вдруг стала доходить причина показной холодности красивой лавочницы. «Разумеется, — мысленно хлопнул он себя по лбу, — как же я сразу не догадался!»
— Хлеб в самом деле хорош, — сухо произнес он вслух. — Бьюсь об заклад, — подыгрывая Синтии, добавил он смелее: — Перед Рождеством у вас дела идут весьма бойко.
— О, — коротко и весьма кокетливо (однако так, что заметил это только Роберт) вскинула глаза к потолку хозяйка, — наши дела идут неплохо и в обычные дни.
— Наши? — удивился гость. — Разве пекарня принадлежит не вам?
— Моему отцу, — улыбнулась Синтия. — Моя только эта лавка.
— В таком случае, — двусмысленно продолжил мистер Роберт, — я просто обязан посетить вашего отца, мисс. У меня к нему есть весьма заманчивое предложение.
В этот момент последняя старушка-покупательница, что стояла прямо перед Сэквеллом, втолкала в полотняную торбу свежую буханку и четыре небольших кренделька, взяла за руку своего молчаливого внука и, направляясь к двери, тихо бросила через плечо:
— Ну и везет же этому Шеллоу Райдеру. Так широко шагает его дело. Правду люди говорят, не обошлось здесь без дьявола.