Я лишь хочу вас спросить: посудина, в которую вложено столько труда, став старой, разве она заслуживает такой участи – затонуть в какой-нибудь тихой бухте или сгореть в печах портовых домов?
— Я никогда не думал об этом, — откровенно удивился Ричи.
— А вот мы в Церкви Христовой подумали, — заметил епископ, — и не просто подумали. Мы готовы платить судовладельцам неплохие деньги за их потрепанные корабли! Согласитесь, что попросту выбросить тот же датский когг или получить за него хоть какую-то выручку – совершенно разные подходы к ситуации?
— Думаю, вы сами знаете правильный ответ, святой отец.
— Какой я вам отец, мистер Свод? Я лет на пять-десять моложе вас.
— Но ведь так принято…
— Бросьте трепаться! — отрезал Сильвестр. — То, что вы сопровождаете какого-то человека, это, конечно, ваше дело. Я прекрасно понимаю, занятия у людей могут быть разные. Но и то, что ваши руки с молодых ногтей не расставались с саблей или мечом, не спрячешь, это видно сразу. Впрочем, как и то, что даже русалки пасуют перед вашей силой, мистер Свод, или как вас там?
Давайте не будем играть в прятки. Скоро мы с божьей помощью доберемся до Шотландии, и вы, будто письмо, вручите адресату этого парня, который, кстати, будем честными, довольно плохо играет литовского простачка. Его можно легко раскусить. Намекните ему: люди из низших слоев не стараются мыться так часто. Этот же омывается при каждом удобном случае, а ведь сейчас не лето.
Однако же оставим его. Мне гораздо интереснее то, что будет с вами, мистер Свод. Ну разве может вас прельщать скучная доля охранника этого юного литвина? Разве не найдется подходящего дела человеку с вашими умениями и такой редкой отвагой?
Ласт Пранк тихо радовался. Еще утром он попросту искал, как бы это убить за разговорами немного времени, и тут же подвернулся этот кислолицый епископ. Теперь, после того, как они немного пообщались и над Ричи повисли тучи разоблачения, он стал всерьез задумываться над тем, чтобы убить не время… а тихонько прикончить самого епископа.
— Я так понимаю, — спросил напрямик Свод, — что ваша милость хочет мне что-то предложить?
— Не-е-ет, — улыбнулся Московин, — не что-то. Я намерен предложить вам редкую возможность, редкую, — повторил он, — послужить Римской Церкви!
Вам не нужно будет ничего менять в своей жизни, просто делайте то, чему вы, я полагаю, прекрасно обучены. Более того, вы сможете в полной мере дать волю той дьявольщине, что сидит в глубине вас и отпугивает даже безпощадных русалок.
Мы, если пожелаете, дадим в ваше распоряжение целый флот! Разве может мечтать о таком хоть один джентльмен удачи? Ваши корабли будут лететь над морскими волнами, повергая в ужас врагов Церкви. Только представьте! Если даже один мертвый когг при дневном свете смог почти лишить рассудка опытных моряков, то у вас будет такой флот!
Этой безсонной ночью у меня вдруг появилась блестящая идея. В бухте «Скупщиков»[1], что недалеко от Глазго, уже стоит дюжина голландских старых кораблей, что вскоре пойдут к берегам Нового Света. Мы планировали использовать их иначе, но теперь, думаю, все изменится. Им, как и было решено раньше, дадут любой самый дорогой ремонт, но вот после!
Священник осекся, сообразив, что сказал уже и так слишком много, но через секунду снова воодушевленно продолжил:
— Это редкая удача, не правда ли? Если хотите, Судьба! Ведь вы не станете отрицать того, что, возможно, это и ваш шанс? Повторяю, долг литвину вскоре будет отплачен, и вам придется строить свою дальнейшую жизнь.
Ласт Пранк задумался.
— Должен признаться, — сдержанно ответил он, — это весьма интересное предложение. Вы очень проницательный человек, святой отец. Так легко меня раскусили. Однако того, что я услышал, мне мало. Что еще вы можете сообщить об этом деле?
— Увы, немногое, мой друг. Подчиняться вы будете самому Папе и больше никому на всем белом свете, и еще: ни вам, ни команде голодать не придется. Все, что бы вы ни сделали, будет совершено во имя Церкви и во славу ее. Никаких ограничений.
Подумайте, Свод! Не хотите флот – возьмите пока корабль, наберите команду, какую только захотите. Плата будет весьма щедрой и никаких пустых посулов. А нужно будет только молчать и делать то, что вы привыкли.
— Ух ты, — не сдержался Ричи, — интересно. Однако, что вы можете знать о моих друзьях, ваше преосв...?