Это ничуть не расстроило известного живописца и он, приняв это как должное, тут же в сопровождении мистера Роберта и доктора Коломана отправился в дом, где их ждал воскресный обед.
В это время никем не замеченная пара наблюдателей молча мерзла в придорожных кустах, находясь на достаточном удалении от дома, так, чтобы не вызывать подозрений, но в тоже время видеть все, что позволял проем между южным и западным крылом имения Сэквелла. Едва только опустевший экипаж, отправляясь к месту своей приписки, медленно прогремел мимо, один из наблюдавших нетерпеливо спросил:
— Что скажете, Бео? Знаете ли вы кого-нибудь из этих господ?
— Как не знать, — вздохнул Бауэрмен, — тот, что моложе всех, и есть мистер Сэквелл.
— А остальные?
— Старик, это его камерди…
— Я имею в виду тех, кто не из прислуги?
— Нет, — уверенно заключил продрогший Биф, — никого из этих господ я раньше не видел. Ваше П-преосвященство, — добавил он тут же, — может быть, пока нам хватит? Я, если честно, уже ног не чувствую.
— Вы правы, мой друг, — не стал спорить Фишер. — Немедля идем греться. Однако, — вдруг продолжил он, заставляя Бауэрмена запнуться на первом же шаге, — должен сказать, что сегодня ночью нам следует подготовиться получше. Мы непременно оденемся потеплее.
— Еще и ночью? — округлил глаза Биф…
[1] «Ангел» (angel). Эта монета (выпущена в 1461 г.) получила название по изображению архангела Михаила, убивающего дракона. Вес 5,18 г. Приравнивалась к 6 шиллингам 8 пенсам (80 пенсов, или 1/3 фунта).
[2] Джон Уиклиф, Уот Талер – участники движения против католической церкви в Англии (XIV в.). Профессор Оксфордского университета Д.Уиклиф единственным источником вероучения провозгласил Священное писание и содействовал переводу Библии на английский язык. Среди народных масс проповеди вели лолларды, т.е. народные проповедники, обличавшие стяжательство церковников, произвол чиновников, гнет феодалов. Их излюбленной поговоркой было: «Когда Адам пахал, а Ева пряла, кто был тогда дворянином?»
[3] Один из самых загадочных художников средневековья. До конца 19 века его имя не было известно, а многие произведения приписывались кисти Альбрехта Дюрера. Имя Матиса было впервые найдено в труде Иоахима Зандрарта, художника и автора жизнеописаний немецких живописцев, посвятившего «мастеру Матеусу из Ашаффенбурга» целую главу своей «Немецкой Академии». Предполагаемых вариантов имени художника можно найти много: Матис (Матеус) Грюневальд, Матис Нитхарт из Вюрцбурга, Готхарт Нитхардт и др.
Часть 2 Глава 7
Глава 7
Четыре дня пролетели для Роба как один. Гости, обосновавшиеся по прихоти отца в башенке его дома, потихоньку обживались. Два дня они появлялись в доме только на завтрак и обед. Ужинали они у себя, поэтому вечером ни компания художника с доктором, ни обслуживающий их Симеон не мешали мистеру Роберту гулять в окрестностях своего дома в полном одиночестве.
Известный живописец и автор «Изенгеймского алтаря», несмотря на свой недуг, что называется «запрягал быстро». Уже со вторника началась работа над портретом.
Того времени, что Сэквелл проводил в башенке, позируя мастеру, было слишком много для человека, не привыкшего к такому плотному общению, потому вечерние прогулки стали для Роба настоящей отдушиной. Но наряду́ с удовольствием побыть, наконец, наедине со своими мыслями, он испытывал необъяснимую тревогу.
Мистер Роберт связывал свое безпокойство с присутствием в доме посторонних лиц и, возможно, с непривычной для него, завораживающей атмосферой загадочной ритуальности при написании картины. Прогуливаясь по уснувшему зимнему лесу, Сэквелл то и дело ощущал какие-то странные приступы подозрительности. То и дело чудилось какое-то движение меж деревьев, тени, шорохи. Его практически не покидало ощущение того, что за ним кто-то следит. Вздор, конечно, вздор! Кому это надо – следить за ним? Зачем?
Спускавшийся вдоль стены к ручью Сэквелл боковым зрением заметил какое-то движение. Слева, в кустах у моста. Одолеваемый охотничьим азартом, он вдруг не выдержал и резко бросился к непроходимым зарослям у дороги, но, немного не рассчитав, Роберт поскользнулся, неуклюже шлепнулся на пятую точку, и тут же, прямо перед его носом, выпрыгнул и рванул в сторону ручья обезумевший от страха заяц.