— Нет, — затыкая ему рот рукой, придавил говорившего к стене дома мистер Роберт. — Слышите меня? Нет никакого «кто-то» и быть не может, понятно? Есть я, есть и те, кто живут в доме. Я здесь, стою с вами, они там, спят! Мои гости разместились в подвалах и больше никого нет. Чего вы паникуете? Наверняка, я просто забыл и не запер ее, чтобы потом не терять времени. Глядя на то, как эта девица нас измотала, вы должны быть благодарны за это. Только представьте, что всем вам пришлось бы стоять с этой безумствующей кошкой на руках и ждать, когда я разберусь с калиткой.
— Зная секрет запора, — не сдаваясь, продолжал терзать Сэквелла незнакомец, — ее можно открыть в течение двух мгновений.
Роб умерил ярость.
— Да кто, кроме нас с вами, может знать этот секрет? — сдержанно заметил он. — Идемте уже, нас ждут.
Они ускоренным шагом направились к открытой двери. Тяжелая створка тут же захлопнулась, и Бео услышал, как изнутри ее закрыли на задвижку.
Казалось бы, тут уж тайному агенту Джона Фишера оставалось только признать свое поражение, однако… кто, как не Биф Широконогий, делал духовые тумбы этих подвалов? По странной прихоти мистера Ботта, их пришлось сбивать так, чтобы внутри мог пролезть человек. Правда, испытавший их на себе Бео с тех пор ощутимо раздался в теле. Однако иного способа попасть в подвал не оставалось, так что он решил рискнуть.
Разбухшая и слегка примерзшая крышка поддалась ему неохотно. Биф снял ее, приставил к тумбе и не без труда закинул ногу над дышащим духотой и смоляным дымом черным провалом.
Бросив взгляд на тяжелую крышку, он глубоко вздохнул. Ее обязательно следовало за собой закрыть. Что, если кто-то решит выйти из здания и увидит, что она лежит в стороне?
Сопя и отдуваясь от напряжения, он подтянул ее к себе, приподнял и прислонил к углу тумбы. Затем резко выдохнул и, сохраняя равновесие, медленно опустил в жерло и вторую ногу, после чего мощным рывком водрузил крышку у себя над головой.
Бео двигался внутри духового колодца как пробка внутри глиняного горлышка, гладкого и скользкого. Своими широкими плечами он вначале пытался замедлить спуск, однако в конце концов прекратил сопротивление и так гулко ухнул задом в утоптанный земляной пол, что у него зазвенело в ушах. Свет, внезапно ударивший ему в глаза, он воспринял как одно из последствий этого страшного падения. Но, к сожалению, нарастающий гул вокруг него стал обретать более выразительные очертания, и через миг проявился в голове Бео человеческими голосами.
«Кто это? Что за черт? Где Роберт? Покажите ему этот свалившийся с небес бочонок! Вы, трое, срочно наверх. Возьмите оружие! Все прочесать вокруг!»
Кто-то поднес к лицу перепуганного Бауэрмена факел.
— Что такое? Бео, — услышал он знакомый голос, — это вы?
— Я, мистер Сэквелл.
— Вы что, следили за мной? Немедленно отвечайте, кто еще пришел с вами?
— Со мной никого нет, уверяю вас, — замахал руками Бео, продолжая сидеть на полу и на ходу пытаясь сочинить какую-нибудь небылицу. — Я, просто увидел, как к вам ехали люди. Думаю, верно, праздник у вас будет, мистер Роберт, а потом смотрю – во дворе тихо. В доме тоже. Я и подумал: уж не случилось ли чего? Как проверить-то? В подвалы дверь была закрыта, вот и решил спуститься вниз через духовое окно и…
— И что?
— И… — стыдливо отвел глаза Бео, — взять себе пару кувшинов вина. Совсем немного, только попробовать! — он с трудом поднялся с пола с помощью людей в черных плащах, и ему казалось, что он здорово сыграл свою роль неудачливого воришки.
— Вы на самом деле пришли один? — не дал договорить ему Роберт.
— Один, — задыхаясь от волнения, ответил Биф, — я всегда один, Вы же знаете, мистер Сэквелл.
— О, это хорошо, любезный Бауэрмен, — с облегчением выдохнул Роберт. — И что, — тут же уточнил он, — никто не знает, куда вы сегодня отправились?
— А кому это может быть интересно? — продолжал врать Биф. — Живу я один, на краю…
— А вот это уже маловажно, — жестко остановил его кто-то, стоящий рядом с мистером Сэквеллом…
Синтия негодовала. Как?! Эдванс, отец, мать, объявившийся брат и даже старшая сестра Мериан – ее поддержка и опора во все времена, – все они твердо стояли на том, что отцу необходимо принять на службу литовского спутника Ричи с противным именем Казимеж. Видите ли, только так можно скрыть пребывание в их доме брата, за которым все еще охотились по всей Европе какие-то головорезы! Литовец-де сможет тогда бывать в городе и окрестностях и решать какие-то дела Ричи, поскольку сам Ричи будет покидать дом только ночью, и то – выходя во двор через крышу.