– Еще один погиб бесславной смертью! – горестно вздохнул командир второй сотни летающих разведчиков. А как все хорошо начиналось, построены инкубаторы, фермы по разведению живности, снабжающие славных воинов кровью. Победоносное наступление на гнилостных жаб, практически поверженный противник и откуда не возьмись, появилось это чудовище, из-за которого пришлось объединить усилие с врагами.
– Командир! Мягкотелые, отказываются идти в атаку! – прокричал подлетевший помощник.
Еще и эти трусливы твари умеющие нападать исподтишка, мастера скрытности и засад, сраные щупальценосы, – гоните их плетями, для чего, по-вашему, вам вручили шипастые лозы.
– Будет исполнено командир! Вперед мягкотелы твари, – закричал помощник и ударил их плетью, – фють, фють. – У-у-у-у, – взвыли осьминоги. – Фють, фють!
– Лишь-бы продержатся и дать время уйти Великой матери! – прошептал комариный командир, глядя куда-то в сторону.
Где в ужасе ползла, летела, бежала уродливая не-то личинка с крыльями, не-то гусеница. Десяток ее глаз, расположенных по всему телу, были наполнены ужасом, она проклинала всех тек, кто сказал молодой комариной матке, «иди проверь, что это там мерцает». Сзади раздавались крики ее потомков, которые отдавали свои жизни за то, чтобы она смогла сбежать. – «Плевать, подумала она, для этого я и наплодила их столько, чтобы они были живым щитом для меня и снабжали меня пищей» – подумала Великая мать.
Она бежала к ближайшей туманной преграде, где по данным разведки был водоем, главное, чтобы преграда пропустила ее. Пока бежала, она вспоминала всех великих, всех тех, кому покланялся ее народ.
Кто из них откликнулся на ее зов она не поняла, ей предложили выбор, продолжить сражение или лишившись возможности для размножения получить пропуск сквозь преграду. Конечно же она выбрала второй вариант.
И вот, сквозь туманную преграду вывалилась голова на ножках, и упала в огромный водоем, где на эту голову в туже секунду набросилась стая мелких зубастых рыб, через пару секунд от Великой матери ни осталось ничего, все распределилось по желудкам хищных рыбок.
А монстр продолжал свое победоносное шествие.
***
Хоть ложился вчера с какой-то тревогой в душе, сегодня с утра было прекрасное самочувствие и настрое, даже сумасшедший сон про комариную армию, совершенно не испортил настроение. Даже хрюкнул от смеха, вспомнив момент как комариный бомбардировщик сбросил гнилостную жабу заменившую бомбу и был сбит лианой чудовища: «Мэйдей, мэйдей это ппц».
– Приснится же такое, – пробормотал я выходя на улицу. Спустившись по каменным ступеням с холма! – Что? – воскликнул я и отпрыгнул в сторону уходя в перекат. В ста на ноги и осмотрелся: деревья на месте, беговая дорожка на месте, трава на месте, холма нет, а возвышается громадная черная пирамида с множеством синих прожилок, которые пульсировали к каком-то странном рваном ритме. Присмотревшись и положив руку себе на грудь понял, что ритм моргания синих прожилок совпадает с биением моего сердца.
– Кузя, твою мать, предупреждать же нужно ирод, чуть до инфаркта не довел, голова твоя каменная! Тьфу на тя!
Походив по кругу и помахав руками, успокоил себя и восстановил нормальный ритм сердца, после приступил к зарядке. Нет, нет но бросал косого на пирамиду и любовался. – «Вот показушник, ведь специально продела все скрытно и никому ничего не сказал! Но красавец, что сказать, впечатляет!»
– Спасибо хозяин, – раздался грубый вибрирующий голос, пробравший до самых костей и разлетевшийся по округе. Голос, казалось, исходил ото всей пирамиды разом. А нет не показалось. Королева, вылетевшая с выпученными глазами из своих новых апартаментов, подтвердила мою догадку.
– Ч-ч-ч-чттт-т-о-о-о, пр-пр-пр-прои-иии-исходит? На-на-на ссссс на пали-ли-ли-ли?
Подхватив на руки трясущуюся паучиху, стал гладить ее по спине и шептать, чтобы она успокоилась. Она вцепилась в меня словно клещ и не отпускала. Ее реально трясло, даже через панцирь я чувствовал, как бухают ее два сердца. Когда она успокоилась, она тихо попросила меня поставить ее на землю. Конечно же я ее отпустил, она лапками пригладила торчащие во все стороны ворсинки на своем теле, а затем я заслушался, такой терады на неизвестном мне языке, а то и не на одном я в воспоминания землянина не слышал. Мне кажется, что пирамида даже стала меньше.
Когда Королева пошла похоже по второму кругу, я смог насладиться ее видом. Но вы представьте себе почти метрового красно-черного паука стоящего на задних лапках размахивающего двумя парами лапок словно лопасти вертолёта и все это, на фоне громадной, черной пирамиды, которая у стороннего разумного, как минимум не осознано вызвала-бы чувство страха, а тут бу-бу-бу-бу р-р-р-р бу-бу-бу-бу! Лями травэ! ша им, таке вели, са! И тому подобное и такого же рода.