То, что конкретно произошло на отборочных испытаниях в дуэльную команду, было категорически запрещено к разглашению.
Гарри знал, что Вольф угрожал страшным возмездием любому, кто выдаст их стратегические преимущества, и он был почти уверен, что капитан гриффиндорцев сделал что-то подобное.
Тем не менее, трюк с креслом, проделанный им в гостиной Слизерина, добрался до других факультетов, хотя их ученики и не были уверены, верить ли в него. В сочетании с подобными слухами о действиях его близнеца мельница слухов увеличивала всё в десятки раз, искажала и распространяла.
После десяти лет жизни раба и десяти лет жизни пленника, жизни, которая была за плечами Гарри Поттера, всё это было одновременно опьяняющим и смущающим.
Времени на социализацию стало уходить так много, что убеждать Гарри ещё более тщательно прочесать Запретную секцию библиотеки Хогвартса в поисках тех знаний, что не достались ему от Тома, не представлялось возможным. Главная надежда возлагалось на то, что просьбу "Ангела, который ведет летопись жизней" выполнить удастся, и тогда знания польются рекой. Впрочем, он внимательно изучал каждое сообщение от Александры и Луны по их собственному прогрессу в этой запутанной и, возможно, тёмной ветви магии.
Дафна и Гермиона, тем временем, были заняты своими собственными проектами. Дафна использовала дополнительное время, высвобожденное за счет прекращения исследований защиты вокруг камня, на то, чтобы улучшить дуэльное мастерство, магическую устойчивость к токсинам и окклюменцию.
Гермиона же, напротив, не хотела отказываться от начатых работ во всех направлениях, а когда наступил декабрь, он обнаружил свою магглорожденную подругу в состоянии, близком к панике, из-за приближения самого первого урока, в котором она должна будет выступать в роли учителя, пусть даже и по относительно вспомогательному предмету.
— Гермиона, все будет хорошо, — Гарри облокотился на один из пыльных столов редко используемого пустого класса.
Они пришли на полчаса раньше, в последний раз прошлись по учебному плану, расчистили место на доске и расставили полдюжины стульев полукругом лицом к ней. Затем Гарри вошел в свой сжатый сундук и снова вышел, вынеся большой, покрытый шелком, плоский предмет, который он приклеил к стене, в то время как Гермиона в течение не менее пятнадцати следующих минут занималась чрезвычайно конструктивной работой — расхаживала взад и вперед, протирая дыру в полу.
— А если я все испорчу? — она украдкой поглядывала на дверь. — А если они зададут мне вопрос, ответ на который я не знаю? Что, если я выставлю себя дурой?
Гарри не смог сдержать улыбки.
— На войне не обходится без жертв.
— Вот спасибо за поддержку!
Гарри оттолкнулся от стола, подошел к своей обезумевшей от тревожного ожидания подруге, положил обе руки ей на плечи и посмотрел в её испуганные глаза.
— Всё будет хо-ро-шо.
Дверь скрипнула.
* * *
Гарри схватил Гермиону за плечи и заглянул ей в глаза. Его сияющие изумруды, казалось, стерли все мысли из её головы.
— Всё будет хо-ро-шо.
132/430
Дверь скрипнула.
Гермиона резко повернула голову как раз в тот момент, когда дверь наполовину открылась.
Давление на её плечи исчезло, и когда она оглянулась, вместе с ним исчез и Гарри.
— Гермиона! — Софи Ропер ворвалась в комнату, за ней последовала Падма.
Она быстро собралась с мыслями.
— Привет, Софи. Падма.
Падма подошла к полукругу стульев и облокотилась на один из них, глаза её слегка расширились.
— Гермиона, — она указала на покрытый шелком предмет на стене, — это то, что я думаю?
Софи приземлилась в кресло и начала копаться в своей сумке.
Гермиона улыбнулась.
— Наверное, да.
Падма глубоко вздохнула.
— Чей же?
— Скоро я вас представлю, обещаю.
Они поболтали еще несколько минут, и вскоре к ним присоединились Джастин и Кевин.
Дин был последним, они пришел через несколько минут после условленного времени.
— Извините ребята, пришлось стряхивать с хвоста Джона Поттера.
Падма нахмурилась.
— Он не хотел, чтобы ты приходил?
Дин пожал плечами.
— Я вообще не хочу ему ни о чем говорить. Джон ненавидит слизеринцев, — он кивнул на Гермиону.
Падма выглядела так, будто готова была что-то сказать.
Гермиона нахмурилась. Не стоило давать их общению превращаться в политические дебаты. Она прочистила горло.
Пятеро однокурсников повернулись к ней и обратились в слух.