Дафна старалась не выглядеть слишком довольной собой, но это была проигранная битва. Когда Гарри встал, его глаза сверкали, и это делало странные вещи с её нутром.
245/430
— Хорошая интуиция, я думаю, — сказала она, пытаясь снизить уровень своего достижения.
Гарри уже подошел к её столу. Он поднял хрустальный шар и внимательно осмотрел его.
— Ну что ж, сейчас на нас никто не охотится. Синий цвет означает отсутствие угрозы в текущий момент, да?
"Ангел, которая ведёт летопись жизней" кивнула.
— Да. А яркость свечения указывает на то, насколько далеко в будущем находится угроза. Нам нужно было бы начинать волноваться, если бы шар стал светиться красным.
Гермиона уже согнулась пополам и сосредоточенно, с интенсивностью работы над Патронусом, сосредоточилась на своем собственном шаре.
— Ты можешь дать нам какие-нибудь советы, Дафна? — Спросил Гарри.
Улыбка Дафны стала еще шире, а прежнее тёплое чувство стало ещё сильнее. Она не могла припомнить ни одного случая за все те годы, что знала Гарри, когда она действительно была в чём-то лучше него, и теперь он просил её о помощи. Она объяснила, что сделала со своей магией, внимающему ей Гарри и внезапно жадно слушающей Гермионе, которая отвлеклась от своего шара в тот момент, когда Дафна начала свою мини-лекцию.
Затем "Ангел, которая ведёт летопись жизней" снова нацелила её на работу "открой свой внутренний глаз пошире", а Гарри и Гермиона продолжали пытаться хоть немного приоткрыть свои.
Однако к концу их сеанса ни Гарри, ни Гермиона не добились никакого прогресса, что крайне сильно раздражало Гермиону.
— Ну, не у всех есть способность открывать своё внутреннее око, Гермиона, — сказала "Ангел, которая ведёт летопись жизней", пытаясь утешить ее. — И ты пытаешься сделать это всего несколько часов. Может быть, ты добьешься успеха в следующий раз?
Однако в кровать напротив Дафны в общежитии слизеринских первокурсниц забралась всё ещё предельно сварливая Гермиона, и только на следующее утро вернулась восторженная ведьмочка "Я выучу все заклинания".
* * *
Невидимый Альбус Дамблдор крался по коридорам Хогвартса в поисках своей добычи. Он ненавидел себя за то, что его смогли довести до такого состояния, и действительно, если бы кто-нибудь из членов совета попечителей узнал, что он, в невидимости, лично следит за одиннадцатилетним мальчиком... ну... неловкость была бы только началом.
Вскоре он обнаружил, что упомянутый одиннадцатилетний мальчик стоит в кругу своих приятелей-слизеринцев, состоящих из наследницы Гринграсс, наследницы Дэвис, вассала-магглорожденной и мистера Забини.
— Но ты всё ещё тусуешься с Малфоем и ему подобными, — наследница Дэвис выглядела раздраженной.
Гарри Поттер улыбнулся.
— Конечно.
— Ты не можешь быть на нашей стороне тайно, Поттер. Это так не работает, — прорычала Дэвис.
— А почему бы и нет?
Дэвис фыркнула и снова открыла рот.
Наследница Гринграсс успокаивающе положила руку на плечо Дэвис.
— Оставь это, Трейси.
— Но-о-о-о Даф-ф-ф-ф, — заскулила Дэвис.
Поттер усмехнулся.
— Я догоню вас позже. Мне нужно кое в чем разобраться, — и с этими словами он махнул рукой и отошёл от них, направляясь обратно по коридору.
Альбус последовал за ним, и последними словами, которые он услышал от детей Серых, были: "Клянусь, Даф, если мы его потеряем…"
Младший Поттер свернул за угол и зашагал по другому проходу, Альбус следовал за ним по пятам. Итак, и Тёмные, и Серые дети пытались заполучить Гарри в свои ряды, так ведь? Это было неприятно, но, по крайней мере, нежелание Гарри публично выбирать чью-то сторону даст ему, Дамблдору, время для маневра.
Гарри остановился прямо перед каким-то случайным гобеленом и вытащил палочку.
Глаза Альбуса загорелись. Если юный Гарри имел привычку использовать свою палочку в коридорах, то назначить ему наказание в виде отработки, чтобы он мог провести с ним целый вечер, было бы легче лёгкого.
Эта мысль длилась ровно столько, сколько понадобилось Гарри, чтобы братская палочка Тома оказалась в его руке и он пробормотал: "Хоменум ревелио".
Дамблдор замер и почувствовал, как знакомая волна магии захлестнула его, выделяя для кастующего, даже будучи невидимым, разрывая любую форму сокрытия, столь же полезную сейчас, как бумажная ширма в ураган.
Гарри равнодушно взглянул в его сторону, повернулся и снова пошел прочь, по-видимому, совершенно не обратив внимания на директора.