— Ты это видел?! Мне хотелось проклясть его так, чтобы он спрятался от меня в аду, вот за это последнее замечание. Как будто единственная причина, по которой я могу не хотеть принять его дурацкий подарок, это то, что я глупая магглорожденная, которая не понимает культуру магического общества. Р-р-р-р! — она всплеснула руками в воздухе. — Это меня так бесит!
Гарри усмехнулся.
— Ну, по крайней мере, он не сможет ни к чему тебя принудить. Даже если ему каким-то образом удалось бы заманить в ловушку твоих родителей. Мы позаботились об этом.
Гермиона перестала безмолвно шипеть от злости и вздрогнула.
— О Мерлин, ты же не думаешь, что он попытается сделать что-то подобное?
— Я бы не стал отвергать это полностью, но, скорее всего, нет. — Гарри нахмурился. — Я бы всё равно советовал тебе впредь проверять свою еду и питье на предмет любовных снадобий, просто на всякий случай.
Гермиона кивнула.
— Ты уверен, что я не могу просто набросить на него пару десятков проклятий, как на Малфоя?
Гарри ухмыльнулся:
— Как бы это ни было заманчиво, я всё же не хочу, чтобы мы в ближайшее время вступали с ним в прямую конфронтацию. И, кроме того, хоть это и не будет незаконным, но ты всё равно можешь получить наказания в виде отработок. Лучше не давать Дамблдору ни малейшего повода втягивать тебя в неприятности.
Гермиона надулась.
Гарри улыбнулся:
— Однажды, Гермиона, я обещаю. Время Джона ещё придет.
* * *
За несколько минут до этого Джон Поттер вышел из библиотеки в отвратительном настроении. Заполучить Гермиону под своё крыло было его лучшим планом получения информации о Слизерине. Если она не хочет подпускать его к себе, то, как бы это ни было больно, ему придется попробовать другую тактику.
Он поднялся по лестнице и пошёл по коридору. Может быть, ему стоит поговорить со Сьюзен на уроке по истории магии. У неё наверняка есть какие-нибудь идеи. Его начинало раздражать то, что они были на разных факультетах, и он не мог постоянно держать ее рядом с собой.
Он как раз проходил мимо Больничного крыла, целиком погружённый в свои мысли, когда открылась дверь в палату, и догадайтесь, кто из неё вышел? Юный Пожиратель Смерти номер один.
Джон ухмыльнулся и замедлил шаг, когда Малфой обернулся и заметил его.
— Ну, привет-привет.
— Поттер, — выплюнул Малфой. — Тебе-то чего надо?
— Да ничего, — Джон оглядел Малфоя с ног до головы. — А что ты там делал? Ты не выглядишь больным.
— Не твоё дело!
Неужели Малфой только что покраснел?
Джон усмехнулся:
— Ха, держу пари, что кто-то только что проклял твою надоедливую задницу.
— Т-т-ы...
— О Мерлин, кто-то и правда это сделал! Ха! Кто же это был? Я должен их поблагодарить.
— Им просто повезло!
— Да-да-да, конечно, я так и подумал, — Джон ухмыльнулся. — Если им просто повезло, как насчёт дуэли со мной? На самом деле мне не помешало бы выпустить немного пара.
Малфой смерил его невозмутимым взглядом.
— Я не собираюсь драться с тобой, Поттер. До меня дошли слухи о том, насколько ты силен магически.
Джон поднял бровь. Как хорошо снова трудилась старая добрая хогвартская мельница слухов.
— И ты... веришь им?
Малфой скрестил руки на груди.
— Да, верю.
Вау. Это было удивительно. Джон ухмыльнулся.
253/430
— Итак, Слизерин готов пасть ниц перед мощью Гриффиндора?
Малфой ухмыльнулся в ответ.
— Вряд ли.
— Вряд ли?
— Да, — Малфой повернулся к нему спиной и пошел прочь. — В конце концов, — он ещё раз оглянулся, прежде чем уйти, — у нас есть свой собственный Поттер.
Джон смотрел ему вслед с открытым ртом. Затем он начал смеяться — громкий неприличный смех, который вырвался из глубины его души и эхом разнесся по большому каменному коридору. Как будто его жалкий маленький слизеринский брат-близнец мог когда-нибудь надеяться выстоять в поединке против него.
* * *
Дафна стояла перед массивным зеркалом, которое Гарри повесил на стену Визжащей хижины. Позади неё Гарри и Гермиона сидели за маленькими партами в их классе, первый работал с бумагами, вторая переключалась между двумя разными книгами: "Искусство целителя — двадцать шестое издание" и "Если ты не можешь победить их, разыграй их". Висящая рядом с Дафной "Ангел, который ведет летопись жизней" ободряюще улыбнулась ей.
Дафна закрыла глаза, пропустила магию через свое внутреннее око, сформировала намерение заклинания, сделала изящное движение палочкой в сторону зеркала и сосредоточилась на трех составных частях заклинания видения — предназначении, решимости и замысле.
Поверхность зеркала расплылась, и в следующее мгновение она увидела не свою голову и тело, а Гарри, всё ещё склонившегося над столом.