Гарри Поттер развернулся боком к наследнице Гринграсс, пытаясь взять её за руку, однако она едва заметно отталкивала его.
Дамблдор разочарованно покачал головой.
— Мисс Гринграсс? Неужели вы не понимаете всей серьезности того, что делаете? Вы находитесь под контрактом. Как у ответственного взрослого человека, у меня нет другого выбора, кроме как передать эту информацию вашему отцу и жениху.
Ледяной взгляд безразличия треснул, и сквозь него просочился страх. Дафна снова начала тяжело дышать.
— Пожалуйста, сэр. Пожалуйста, не надо, это был просто поцелуй! В моем контракте об этом ничего не сказано! В этом нет…
Дамблдор продолжал качать головой.
— ...ничего такого особенного.
— Простите, мисс Гринграсс. Если с текстом контракта действительно всё в порядке, то у вас не будет неприятностей, но всё же доложить обо всём — это мой долг, — он повернулся, чтобы уйти. — А вам, мистер Поттер, я предлагаю в обозримом будущем держаться подальше от мисс Гринграсс.
Гарри пристально посмотрел на него.
— Я люблю Дафну!
Гринграсс поморщилась.
— Я никому не позволю забрать её! Что бы там ни говорил этот дурацкий контракт!
Теперь наследница Гринграсса выглядела ещё и подавленной.
"Идеально!"
Дамблдор неодобрительно нахмурился в последний раз, прежде чем вывести обоих из комнаты и сопроводить их обратно в гостиную, после чего немедленно заперся в своем кабинете, вытащил из виска серебристую прядь воспоминаний, закупорил её пробкой и начал писать.
* * *
Позже, в тот же день, Гермиона, находящаяся под воздействием полудюжины зелий и чар, маршировала по Хогвартсу так, как будто она владела этим местом. Она пыталась излучать ровно необходимое количество праведного гнева и ярости, время от времени поправляя маску на лице и стараясь не вспыхнуть как пожар до небес от одной только мысли о том, что теперь находилось у неё между ног.
Она подошла к огромным двустворчатым дверям Большого зала, почти полностью закрытым, за исключением маленькой двери внизу, которая позволяла студентам входить и выходить во время трапезы. Точнее, ужина.
Гермиона ввела заранее подготовленное сообщение в кольцо с молнией и продолжала шагать вперёд, как будто на её пути не было нескольких тонн твёрдого дуба. Итак, она должна думать как мальчик. Нет, как мужчина! Как кипящий от гнева самец. Ярость. Гнев и ярость. Кто-то целовал мою девушку! Р-р-р-р!
* * *
Гарри, сидевший за слизеринским столом через два стула от Дафны, почувствовал пульс на своем кольце с молнией. Он потянулся к защитным чарам и совершил осторожную магическую манипуляцию с дверьми Большого зала.
Огромные двери распахнулись с громким свистом, буквально отбрасывая в стороны холодный воздух, все головы повернулись, и "Лорд Слизерин" вошел в зал, как разгневанный бог.
* * *
Джон вздрогнул, когда Лорд Слизерин вошел в большой зал. Он был здесь. Он был здесь прямо сейчас. Это был его шанс. Он встал, бормоча извинения однокурсникам.
281/430
— Дафна! Пойдём со мной, — голос Слизерина прогремел по всему залу.
Выходя через боковую дверь, Джон поймал глаза Сьюзен и одарил ее, как он надеялся, многозначительным взглядом.
* * *
Сидя во главе профессорского стола, Дамблдор старался не расплыться у улыбке.
— Мой лорд? — кротко сказала наследница Гринграсс.
— Сейчас же!
Дафна Гринграсс поднялась со своего места.
Лорд Слизерин сунул свою палочку под дрожащий подбородок Гарри Поттера и прорычал:
— Тебе лучше не сидеть здесь, когда я вернусь, маленький засранец, — прежде чем выскочить из зала с Дафной на буксире.
* * *
Трейси Дэвис в ужасе смотрела, как старавшаяся держаться с достоинством Дафна вышла из зала, а Гарри Поттер встал и вернулся на середину стола.
Всё начали перешептываться друг с другом. Что, черт возьми, только что произошло?
* * *
— Ты в этом уверен? — Сьюзен выглядела обеспокоенной. Приглушенная ругань, которой осыпали наследницу Гринграсс за то, что она сделала, была почти слышна сквозь стену класса.
Джон Поттер улыбнулся.
— Сьюзи, не беспокойся об этом. Я всё сделаю идеально.
— Ты же понимаешь, как мы влипнем, если тебя поймают?
— Нам нужно знать!
Сьюзен закусила губу.
— Ну, тогда я надеюсь, что ты действительно так хорош в этом, как говоришь.
Джон одарил её ослепительной улыбкой. Он ничего не испортит. Судьба была на его стороне.
* * *
Гермиона вышла из класса, оставив за собой явно расстроенную Дафну. Она чувствовала себя очень плохо из-за всех этих выкриков на публику. Она сама практически съёжилась в комочек от звука сердитого голоса своего лорда, а ведь это она и кричала. Позже ей придётся что-то сделать для того, чтобы загладить свою вину перед подругой, но не раньше, чем она вытянет из неё всё до мельчайших подробностей о том, какими были эти поцелуи с Гарри. Из чисто академических соображений, разумеется. С научной целью.