Домашние эльфы Гринграссов поддерживали постоянный поток чая и печенья для многочисленных гостей, которые заглядывали к ним — некоторые были вызваны, другие просто любопытствовали, но за всех дали клятвы хранить тайну Лорды их Родов.
И наконец, в полном одиночестве по другую сторону от Миссис Огден стоял одинокий пустой стол с маленькой табличкой: "Лорд Слизерин". Он фокусировал умы тех, кто был в курсе дела, гораздо лучше, чем любое бодроперцовое зелье.
Пандора Лавгуд вбежала в комнату, вскочила на один из средних низких столиков, яростно дергая пушистым хвостом, и снова превратилась в человека, подняв кулак вверх и оскалившись
— У меня есть новости.
331/430
Миссис Огден подняла глаза от своих пергаментов.
— Слушаю.
Дафна, Гермиона и Луна тоже прекратили свои занятия.
— У Отдела тайн есть улика, относящаяся к делу Гарри, о которой мы не знали. Они нашли книгу по тёмным искусствам в тумбочке Гарри, которая содержит проклятие, которое якобы использовал Гарри.
— Это просто смешно! — Гермиона хлопнула ладонями по столу перед собой и встала, отодвинув стул назад. — Гарри никогда бы не стал держать что-то подобное в своей тумбочке.
Миссис Огден присвистнула.
— Как, однако, хорошо всё запланировано.
— Вот старый козёл!
Пандора спрыгнула со стола и протянула Миссис Огден и девочкам копии аналитики Отдела Тайн.
Дафна взяла пергамент и начала читать, тревожно кусая губы. Прошла уже целая неделя. Целая неделя для Гарри, одинокого и заключенного в самый нижний круг своего личного ада. Она надеялась и молилась, чтобы у него всё было хорошо.
* * *
Камера не была такой уж неудобной — и, конечно, была намного лучше, чем клетка в Азкабане. Здесь не было никаких высасывающих душу демонов, что было плюсом. С другой стороны, в Азкабане он никогда не чувствовал, что одна его половина пытается разорвать другую на части. Он сидел на своей маленькой койке; руки его дрожали, сердце билось попеременно, стараясь не обращать внимания ни на что в комнате — ни на стены, ни на дверь, ни на решётку, ни на что угодно, что напоминало бы ему о том, что он не может выйти. Вместо этого он практиковался в беспалочковом колдовстве так, как другие заключенные делают бумажных журавликов.
Это было не самое продуктивное использование его времени, но каждая секунда, сосредоточенная на попытке, и в основном неудачной, сформировать магию в твёрдые объекты, была той же секундой, когда его вышедшее из-под контроля "я", свернувшееся калачиком и хнычущее глубоко в голове, не могло контролировать свое тело.
Всё, что ему удавалось создать к этому моменту, это крошечные стеклянные бусинки. Он поиграл очередной, зажатой между дрожащими пальцами, пока те не ослабили свою, и без того слабую, хватку, и бусинка не отскочила через всю камеру к двери.
Блядь.
А потом он услышал шаги, доносящиеся снаружи. Он выпрямился на своей койке.
Из-за оконной решетки на мгновение показалась седобородая голова в очках в форме половинок луны. Раздался лязг, дверь открылась, и нога в пурпурном сапоге небрежно раздавила стеклянную бусинку, лежавшую на полу.
— Доброе утро, мистер Поттер.
Гарри призвал на помощь силу воли, которая могла бы отразить легилиментную атаку со стороны опытного Волдеморта после пяти долбаных лет неуклонно растущей, подпитываемой дементорами, ментальной гонки вооружений, и сказал:
— Доброе утро, директор.
Дамблдор наколдовал себе кресло.
— Хотя я шокирован и очень разочарован вашими действиями, я рад сообщить вам, что ваши родители назначили меня вашим защитником на суде.
— Вау!
Дамблдор проигнорировал его легкомыслие, снял очки и потер глаза.
— К сожалению, Гарри, улики говорят сами за себя, и почти наверняка тебя признают виновным.
Гарри с демонстративной тупостью уставился на стоящего перед ним старика. Лучше хотя бы немного побороться.
— Веритасерум?
— Веритасерум не может быть использован в отношении членов благородных родов в суде.
— Но почему сейчас-то его нельзя применить? По крайней мере, тогда все смогут узнать, что я невиновен.
— Даже в этом случае закон говорит, что я не могу этого сделать.
— Я думал, что мой отец, как глава благородного рода, может разрешить этот вопрос с министерством.
— Нет, только чистокровные рода — а Поттеры не чистокровный род.
Губы Гарри скривились.
— А как же моя палочка?
— К сожалению, кто-то допустил ошибку, и я не смогу представить её в качестве доказательства.
— Как удобно.
332/430
— Обвинение заходит так далеко, что настаивает на Арке, поэтому я сосредоточу свои усилия на том, чтобы вы получили самый мягкий приговор из всех возможных.