Охранник пожал плечами.
— Он довольно тихо сидит большую часть времени. Пытается напустить на себя решительный вид, но мы все видим, что он едва сдерживается. Он всё время трясется и кричит во сне.
Сириус мрачно кивнул и пошёл вдоль ряда дверей камер, пока не добрался до одной из них ближе к концу коридора. Он постучал в массивную железную дверь, покрытую рунами.
— Тук-тук.
Одиннадцатилетний голос с другой стороны сказал:
— Войдите.
Сириус открыл дверь, шагнул внутрь и не смог сдержать слабого вздоха. Мерлин, он был на одно лицо с Джоном.
Мальчик на койке поднял голову.
Сириус сделал ещё один шаг и почувствовал, как что-то хрустнуло у него под ногой.
Мальчик выдавил из себя улыбку.
— Извините.
Сириус посмотрел вниз. На полу валялись сотни мелких стеклянных бусин. Прежде чем он смог остановить себя, его внутренний аврор сказал:
— Где ты их взял?
Мальчик поднял дрожащую руку, сосредоточился и создал маленькую стеклянную бусинку сверкающую ярким белым светом.
Глаза Сириуса расширились.
— Вот это да, Гарри.
Гарри резко поднял голову.
Сириус колебался.
— Это, наверное, я должен сказать тебе, кто я такой, да?
Гарри медленно пожал плечами.
— Вы Лорд Сириус Блэк из древнейшего и благородного рода Блэков — главный Аврор Департамента магического правопорядка.
— А, ну да, конечно же, — тот сделал глубокий вдох. — Ты... ты не возражаешь, если я присяду?
Гарри покачал головой, так что Сириус вернулся в коридор и притянул к себе один из стоящих в его конце стульев. Усевшись обратно в камере, он посмотрел Гарри прямо в глаза.
Гарри, казалось, не спешил спрашивать о его внезапном появлении, просто смотрел на него, словно пытаясь решить сложную головоломку.
334/430
Сириус потер затылок. Он должен был признать, что не был уверен в том, чего ожидать. Если бы мальчик, сидящий перед ним, был Джоном, он задавал бы вопросы быстрее, чем Сириус мог бы на них ответить.
Молчание затягивалось. В конце концов, Сириус открыл рот, чтобы заговорить, но прежде чем он успел это сделать, Гарри, наконец, решил заговорить сам.
— Так вы мой крестный отец?
Сириус заёрзал на стуле. Ему вдруг стало трудно смотреть в глаза парню.
— Вроде того.
— Я так и понял. Я узнал, что вы крестный моего брата.
— Да.
Гарри судорожно вздохнул.
— Так зачем же вы пришли? Вы выбрали довольно интересное время, чтобы заново познакомиться.
Чёрт возьми, эти глаза. Как у Лили, как у Джона, но такие старые. Руки Гарри всё еще дрожали.
— Ты в порядке, Гарри?
— Нет. Я не в порядке. Меня скоро будут судить за покушение на убийство и узурпацию права наследника — я сижу в камере, из которой не могу выбраться —и у меня клейтрофобия.
— Клейтрофобия?
— Иррациональный страх оказаться в ловушке. Это то, что заставило меня разнести один из классов Хогвартса. Прямо сейчас я использую продвинутую окклюменцию, чтобы не дать себе уйти в полный разнос, но есть часть меня, глубоко внутри моего разума, которая постоянно скулит от ужаса.
Сириус широко раскрыл глаза.
— Но разве так можно?
— Я пленник. И что же мне теперь делать? Сказать охранникам, что я боюсь сидеть в камере? Спросить, может ли подозреваемый в покушении на убийство вместо этого снять комнату в "Дырявом котле"?
— ...Ты не пытался убить Джона.
Гарри замер, а потом целую вечность смотрел на него. Он слегка склонил голову набок.
— Продолжайте.
Сириус неловко поёрзал. Это была совсем не та реакция, которую он ожидал.
— Я читал отчет, который Отдел тайн составил на твою палочку — там была всего лишь базовая цепочка заклинаний, — он не смог сдержать лёгкий смешок, — или, скорее, по-настоящему продвинутая цепочка заклинаний — я также видел воспоминания о вас с Джоном на турнире и не мог поверить в это — пришлось найти пару друзей среди невыразимцев, которые сказали мне, что всё это было на самом деле.
Гарри продолжал пристально смотреть на него.
— Так что, в любом случае, всё будет хорошо, и ты быстро отсюда выберешься. Дамблдор позаботится об этом.
Гарри улыбнулся, хотя Сириус не мог отделаться от мысли, что это выглядело несколько натянуто.
Сириус прочистил горло.
— Так вот, Гарри, я тут подумал... как только Дамблдор тебя освободит…
Гарри скорчил гримасу отвращения.
— Извини. Я имею в виду, как только Дамблдор добьётся твоего оправдания, не хочешь ли ты провести некоторое время этим летом со мной?
— Да, мне бы этого хотелось, — Гарри сделал задумчивое лицо. — Но почему?
— Ну, это был бы хороший шанс для тебя провести некоторое время с Джоном, и…
— ...Вы ведь знаете, что мы ненавидим друг друга до глубины души, верно?