Базиль усмехнулся и тоже кивнул:
— А вот это правильно! Лишний доход… к тому ж ипушнину могут нам подешевле продать. Не всю, часть хотя бы… Дело! Как вы, Александр Андреич, говорите — диверсификация! А чтоб драк не было — приглядывать будем. И, если что — буянов в баню, под замок! Порядок — важнейшее на прииске дело. Не будет порядка — не будет ничего.
— Совершеннейше с вами согласен! — неожиданно выпалил доктор. — Вот, почему провалилось так называемое хождение интеллигенции в народ? Хотя, вроде бы, благое дело… Ну, вот, господа, право же — благое! Однако, ни должной организованности, ни порядка. Всяк — сам по себе. Кто в лес, кто по дрова. Даже крестьянский быт-то узнать не удосуживались.
— Зато бомбы в батюшку-царя кидать получалось! — хмыкнув, начальник охраны угрюмо посмотрел на Решникова.
Наверное, необходимо было бы и вмешаться — не хватало еще тут политических дискуссий и дрязг!
Впрочем, стороны неожиданно быстро пришли к консенсусу:
— Говорите, бомбы? — привстав, задиристо выкрикнул Илья Фомич. — Так потому и получилось, что опять же — порядка в царской охране не было! Да все ж газеты писали — вспомните! То там покушение, то сям… Похоже, у царя вообще никакой охраны и вовсе не было!
— А ведь ты, Илья Фомич, прав! — Базиль сверкнул глазами. — Безалаберно все, тьфу… Хоть и не положено высочайшие особы хаять… Но, выходит ведь, что покойный император не смог собственную охрану организовать!
— Он ее и не организовывал, — зевнув, вступил в разговор Михаил. — Считал, что народ его любит… А что? Крестьян освободил, реформы всякие…
Доктор вновь оживился:
— Крестьян освободил, а земли-то не дал! Да и мелких помещиков сколько разорилось? А их дочери-бесприданницы? Эх, бедолаги, мучаются до сих пор!
— Зато суды в России теперь какие? — не уступал инженер. — Состязательный процесс! Присяжные поверенные! Предварительное следствие!
— Да, суды хороши, — согласившись, Решников вытащил из кармана газеты. — Свеженькие! С последним пароходом привезли. Прошу, господа — читайте! Тут «Амурский вестник», «Новости Благовещенска», «Речник»…
— А вот это — дело! — потер руки Базиль. — Вообще, о чем пишут-то?
— Да разное… — Илья Фомич улыбнулся. — Из того, что нас касается… Франция с Китаем подписали конвенцию о дружбе. Из-за Аннама собачились. Там по большей-то части везде уж французы… Вскоре весь Аннам и захватят. Ли Вэй, к слову, в том и не сомневается.
— Ну, Аннам от нас все же далековато, — хмыкнул Михаил.
Аннам… Вьетнам, чтоб понятнее. Будущий «Французский Индокитай»…
Решников пошуршал свежим номером «Амурского вестника»:
— Еще пишут, Сахалин выводят из управления военного губернатора. Теперь остров подчиняется непосредственно генерал-губернатору Восточной Сибири. Вводится пост начальника острова… А вот еще, чтоб вы знали…
Самое интересное хитрый доктор приберег напоследок, даже зачитал вслух:
— Отправилась в поиск этнографическая экспедиция, организованная приват-доцентом Императорского Сибирского университета господином Рыльским. В составе — студенты, научные работники кафедр… и корреспондент газеты «Амурский вестник»! Маршрут — как раз в наши края. Рейсовыми пароходами товарищества господина Хворостова. Вот! Пелагея-то наша с ними и отправилась! Не на утлом каком челне — на комфортабельном пароходе! Может, на той неделе и уже… Эх… встретимся…
— Ну, вот и славно! — улыбнулся Полозов. — А вы, Александр Андреич, переживали. Сектанты какие-то везде мерещились… А пирожки-то вкусные, умм!
— Да, действительно… Молодец Кузьма, что тут и говорить!
Засиделись как всегда, допоздна. Ближе к полуночи ушли доктор с инженером. Хватов тоже засобирался — проверить посты. Выйдя из-за стола, обернулся на пороге:
— Кстати, насчет экспедиции… Сдается мне, Александр Андреич, что чуйка ваша не на пустом месте возникла! Я тут краем глаза глянул…
Базиль вытащил газету…
— Та-ак! — я пододвинул табуретку. — А ну-ка, давай, садись! Успеешь еще караулы проверить.
— Вот, Александр Андреич, смотрите… В газете-то очень подробный отчет о составе экспедиции. Ну, такое ж важное дело! Сам приват-доцент… Университет… Императорский Сибирский… Итак! Всего — двенадцать человек. Плюс еще дюжина казаков для охраны. Все перечислены, вплоть до последнего студента. Даже повар указан — некий мещанин Хвостинин. И корреспондент «Амурского вестника» — тоже. Господин Купринский, А Вэ… Вот, вот, видите?
— Ну да!
— А где же, с позволенья спросить, пансионерка Пелагея Устинова? Почему не указана? Спешили-забыли?
— Так, может, она в последний момент?
— Может… — вздохнув, начальник охраны зачем-то понизил голос. — Только это все — во-первых. Есть еще во-вторых! Я всегда слухи разные собираю. Те, что по тайге… Оно для безопасности нашей очень даже пользительно… Что вы так смотрите? Не сам, конечно… Охотников наших расспрашиваю, а они, бывает, встречают кого. В тайге ведь не одни барсуки да тигры!