Клеон II нажал кнопку на подлокотнике огромного дивана, и высокая дверь в дальней стене отворилась. По красному ковру к императору подошел Бродриг и, опустившись на колени, поцеловал слабую руку Клеона II.
— Как здоровье, сир? — спросил личный секретарь с подобающим волнением в голосе.
— Все еще жив, — раздраженно ответил Клеон, — несмотря на то, что каждый шарлатан, способный прочесть книгу по медицине, считает долгом использовать меня в качестве подопытного животного. Всякий ученый болтун, откопав новое или хорошо забытое старое средство: физическое, химическое или атомное — спешит проверить его действие на мне, ссылаясь при этом на весьма сомнительные книги. Клянусь памятью отца, в Галактике вымерли двуногие, которые умеют осматривать больного собственными глазами и лечить собственными руками. Нынешние лекари не могут даже пульс сосчитать, не заглядывая в трактат древней знаменитости. Мне плохо, а они заявляют: «Природа заболевания неизвестна»! Бестолочи! За тысячи лет человеческое тело научилось болеть новыми, неизвестными науке предков, способами, и современные врачи не могут помешать ему болеть. Либо древние рано умерли, либо я поздно родился! — император принялся шепотом ругаться.
Бродриг терпеливо ждал. Наконец Клеон II недовольно спросил:
— Сколько их там? — и кивнул на дверь.
— Как всегда.
— Ничего, подождут. Я занят государственными делами. Пусть начальник караула объявит. Нет, дела не годятся. Велите начальнику караула объявить, что я никого не принимаю, и сделать грустную мину. Возможно, врагам не удастся скрыть радость, — император злорадно усмехнулся.
— Ходят слухи, сир, — осторожно сказал Бродриг, — что у вас болит сердце.
Усмешка не успела сойти с лица императора.
— Если кто-то сделает из этих слухов поспешные выводы, ему будет больнее, чем мне. Ладно, оставим это. Что у вас?
Император жестом позволил Бродригу подняться с колен, тот встал и сказал:
— Меня беспокоит генерал Бел Райоз, военный комендант Сайвенны.
— Райоз? — Клеон II нахмурился, припоминая. — Кто это? A-а, Дон Кихот, от которого мы получили послание несколько месяцев назад? Помню, помню. Ему не терпелось сразиться с драконом во славу Империи и Императора.
— Верно, сир.
Император рассмеялся.
— Сейчас такой генерал редкость. Его нужно выставлять в музее. Что вы ответили ему, Бродриг? Я надеюсь, вы ответили.
— Конечно, сир. Ему было передано распоряжение собирать информацию и без приказа из центра не предпринимать шагов, могущих повлечь за собой развязывание войны.
— Разумно. Кто такой этот Райоз? Он был при дворе?
Бродриг кивнул и едва заметно поджал губы.
— Он начинал в дворцовой страже десять лет назад. Потом отличился в Скоплении Лемула.
— В Скоплении Лемула? А что там случилось? Память подводит… A-а, там какой-то солдат предотвратил столкновение двух кораблей, — император нетерпеливо тряхнул рукой. — Забыл! Помню только, что он поступил героически.
— Это и был Райоз. После этого случая он получил повышение, — сухо сказал Бродриг, — и назначение в действующую армию командиром корабля.
— А сейчас он военный комендант целой пограничной системы? Способный молодой человек!
— Он крайне неудобный человек, сир. Живет прошлым. Даже не самим прошлым, а тем, что о нем рассказывают на школьных уроках истории. Райозу очень недостает реализма. Сами по себе такие люди безопасны, но, оказываясь у власти, могут совершить непоправимое. Его люди готовы идти за него в огонь и в воду. Он один из самых популярных генералов.
— Правда? — Император задумался. — Знаете ли, Бродриг, не так уж плохо, если не все твои генералы бездарны. Несостоятельные военачальники часто оказываются предателями.
— Не стоит бояться бездарного изменника. Нужно остерегаться именно способных людей.
— В том числе и вас, Бродриг? — Клеон II рассмеялся, но тут же страдальчески поморщился. — Довольно воспоминаний и рассуждений. Что натворил наш молодой герой?
— От него получено очередное донесение, сир.
— На предмет чего?
— Он сообщает, что собрал достаточно сведений о варварах, и просит разрешения провести разведку боем. Приводит ряд длинных и утомительных аргументов. Не стану обременять Ваше Величество их изложением, учитывая ваше состояние. Тем более, что со временем они будут обсуждаться на сессии Совета Лордов, — секретарь искоса взглянул на императора.
Клеон II нахмурился.
— На сессии Совета Лордов? Стоит ли выносить это на Совет? Опять поднимется вопрос о более широком толковании Хартии. В последнее время лорды постоянно этого требуют.