— Послушайте, — с еще большим жаром заговорил он, — я провел всю жизнь в космосе, торгуя вилками, ложками и перфораторами. На пиво с кренделем я зарабатываю. А там, — он показал большим пальцем за спину, — сидят толстые дяди и за минуту зарабатывают столько, сколько я — за год, потому что снимают сливки с тысяч таких, как я.
Если на их место сядете вы, мы будем необходимы вам и, пожалуй, больше, чем им, потому что вы ничего здесь не знаете. Я не против Империи, если от нее можно получать деньги.
Торговец вызывающе взглянул на генерала и патриция.
Несколько минут все молчали. На стол выскочило еще одно письмо. Генерал прочитал его и потянулся за плащом. Застегивая плащ под подбородком, Райоз шепнул Барру одними губами:
— Поручаю этого человека вам. Жду результата. Идет война, слабые не должны рассчитывать на милость. Помните это, — отсалютовав обоим, он вышел.
Латан Деверс посмотрел вслед генералу.
— Куда он побежал? Что случилось?
— Очевидно, началась война, — хрипло ответил Барр, — силы Фонда пошли в наступление. Пойдемте со мной.
В комнате появились вооруженные солдаты. Они держались почтительно, но лица их были суровы. Вслед за стариком Деверс вышел в коридор.
Они перешли в другую комнату, поменьше и поскромнее. Там стояли две кровати, видеоэкран, в углу душ и другие приспособления для соблюдения гигиены. Солдаты вышли и закрыли толстую дверь.
— Хм, — Деверс с недовольным видом огляделся, — Какие крепкие стены!
— Крепкие, — подтвердил Барр и отвернулся.
— Вам-то что нужно, док? — не выдержал торговец.
— Ничего. Мне поручено наблюдать за вами.
— Наблюдать? — Торговец встал и навис над старым патрицием. — Почему же солдаты, провожая нас в эту камеру, держали вас под прицелом точно так же, как и меня? Слушайте, чего вы кипятились, когда я говорил, что думаю о войне и мире?
Ответа не последовало.
— Хорошо. Задам другой вопрос. Вы сказали, что пережили войну и поражение. С кем вы воевали? С пришельцами из другой Галактики?
— С Империей, — поднял глаза Барр.
— И после этого вы здесь?
Барр ответил красноречивым молчанием. Торговец понимающе кивнул, выпятив нижнюю губу. Он снял с правого запястья браслет из плоских звеньев и протянул старику.
— Нравится?
Такой же браслет украшал и левую руку торговца. Старик взял украшение и, помедлив, надел. Проявилось странное ощущение, которое вскоре прошло.
— Все в порядке, док, — сказал Деверс другим голосом, — он так работает. Можете говорить, что угодно. Если нас захотят подслушать, ничего не выйдет. У вас на руке исказитель сигнала, изобретение самого Мэллоу. Стоит двадцать пять кредитов, а вам досталось бесплатно. Когда будете говорить, старайтесь не шевелить губами.
Дьюсем Барр вдруг почувствовал усталость. Пронзительные глаза торговца требовали невозможного.
— Что вам нужно? — спросил Барр, проталкивая слова между неподвижными губами.
— Я говорил. Вы произносите слова, которые можно услышать только от патриота. Империя разгромила ваш мир, а вы работаете на генерала имперской армии. Одно с другим не вяжется, правда?
Барр ответил:
— Я выполнил свой долг. От моей руки погиб наместник императора.
— Какой?
— Тот, который правил сорок лет назад.
— Сорок? — слова Барра произвели на торговца заметное впечатление. Он нахмурился. — Все же не стоило на этом успокаиваться. Молодой блондин с генеральскими погонами знает?
Барр кивнул.
— Вы хотите, чтобы Империя победила? — спросил торговец, недобро прищурившись.
Старый патриций взорвался.
— Пусть ее постигнет космическая катастрофа! Вся Сайвенна об этом молится. Империя убила моего отца, сестру, братьев. А теперь у меня дети и внуки, и генерал знает, где их искать.
Деверс молчал. Барр продолжал, теперь уже шепотом:
— Это не остановит меня, если я пойму, что стоит рисковать. Они сумеют умереть достойно.
— Вы говорите, что убили вице-короля? — заговорил торговец. — Сорок лет назад? Как раз в это время наш мэр Хобер Мэллоу был на Сайвенне, ведь так называется ваш мир? Он встретился с человеком по имени Барр.
Дьюсем Барр подозрительно взглянул на торговца.
— Что еще вам об этом известно?
— То же, что каждому торговцу Фонда. Вы думаете, я не догадываюсь, зачем вас ко мне приставили, старый хитрец? Вас водят под охраной, вы ненавидите Империю и во сне видите ее крах. Я должен растаять и все вам выложить. Номер не пройдет, док. Тем не менее мне будет приятно, если вы сможете доказать, что вы сын Онама Барра с Сайвенны, младший, шестой сын, чудом оставшийся в живых.