— Ваше превосходительство, мне приказали разобраться с какой-то крысиной норой, которая не платит налогов.
— И только? Вы не знали, и вам не сказали, что люди, которые не платят налогов — потомки диких торговцев прошлых лет, анархисты, смутьяны, маньяки, претендующие на звание родоначальников Фонда и отрицающие нашу современную культуру. Вы не знали, и вам не сказали, что эта крысиная нора не единственная, что таких нор больше, чем кажется. Эти норы сговариваются одна с другой, а также с преступными элементами на территории Фонда. Вам это известно, капитан?
— Да, Ваше превосходительство, мне об этом говорили. Но я хочу быть верным слугой государства, а верным может быть тот, кто служит Правде. Каковы бы ни были политические позиции отребья, живущего в крысиных норах, реальная сила находится в руках диктаторов, завладевших обломками Империи. У торговцев нет ни оружия, ни ресурсов. У них нет даже единства. Я не сборщик налогов и не стану выполнять это детское поручение.
— Капитан Притчер, вы солдат и должны выполнять приказы. Более того, вы совершаете ошибку, позволяя себе не подчиниться моему приказу. Берегитесь! Моя справедливость происходит не от слабости. Уже не раз доказано, что генералы времен Империи и современные диктаторы в равной степени бессильны против нас. Наука Селдона, предначертавшая путь развития Фонда, отталкивается не от личного героизма, а от социально-экономических тенденций общества, что вам следовало бы знать. Мы успешно преодолели уже четыре кризиса, не так ли?
— Ваше превосходительство, это так. И все же, наука Селдона известна лишь Селдону. Нам остается лишь принимать ее на веру. В период первых трех кризисов, как говорится в учебнике, во главе Фонда стояли мудрые вожди, понимавшие природу кризисов и принимавшие должные меры.
— Почему вы умалчиваете о четвертом кризисе, капитан? В то время у нас действительно не было достойного руководства, но мы победили в схватке с противником, вооруженным мощнейшим оружием; победили, благодаря исторической необходимости.
— Это правда, ваше превосходительство. Но необходимость, о которой вы говорите, возникла только после года ожесточенной борьбы. Неизбежная победа стоила нам полтысячи кораблей и полмиллиона человеческих жизней. Ваше превосходительство, законы Селдона помогают лишь тем, кто сам способен себе помочь.
Мэр Индбур вздохнул и почувствовал, что ему надоело быть терпеливым. Мэру пришло в голову, что его снисходительность — заблуждение, поскольку посетитель принимает ее за позволение постоянно противоречить, придираться к словам, ударяться в диалектику.
— Тем не менее, капитан, — жестко сказал мэр, — Селдон гарантирует нам победу над внешними врагами, и я не могу позволить себе распылять силы. Торговцы, которым вы так упорно не хотите уделить внимание, — бывшие граждане Фонда, и война с ними будет гражданской войной. В этом случае план Селдона ничего не гарантирует нам, потому что Фонд — это и мы, и они. Поэтому их необходимо подавить. Выполняйте приказ.
— Ваше превосходительство…
— Я не задавал вам вопроса, капитан. У вас есть задание — будьте добры выполнять его. Дальнейшие споры со мной или с теми, кто меня представляет, будут рассматриваться, как государственная измена. Вы свободны.
Капитан снова поклонился и, пятясь, вышел.
Мэр Индбур, третий в династии Индбуров и второй в истории Фонда мэр по праву рождения, вновь обрел душевное равновесие и снял верхний лист со стопки, лежащей по левую руку. Это был отчет об экономии средств за счет сокращения числа металлических деталей в форменной одежде полиции. Мэр Индбур вычеркнул лишнюю запятую, исправил орфографическую ошибку, сделал три пометки на полях и, переложив страницу в стопку справа, снял со стопки слева новую.
Капитан Хан Притчер, вернувшись в казарму, обнаружил, что его ожидает капсула с секретным сообщением. В ней оказались приказы, очень категоричные, с красным грифом «Чрезвычайно важно» и заглавной буквой «И» на всю страницу.
Капитану Притчеру было строжайше предписано отправиться в «мятежный мир под названием Хэвен».
Войдя в одноместный скоростной корабль, капитан взял курс на Калган. Ночью он спал спокойным сном удачливого упрямца.
13. Лейтенант и шут
Падение Калгана под ударами армии Мула, весть о котором пролетела семь тысяч парсеков, разожгла любопытство старого торговца, вызвала серьезную озабоченность у капитана разведки и досаду у педантичного мэра, на самом Калгане никого не обеспокоило и ничего не изменило. Человечество получило очередное подтверждение тому, что расстояние — будь то расстояние во времени или в пространстве — фокусирует события. Впрочем, ни одна летопись не содержит и намека на то, что человечество учитывает подобные уроки.