— Что дальше?
— Согласимся.
— По-моему, не стоит.
— Вы думаете, что это будет нечестно по отношению к Мулу? Не бойтесь, не будет.
— Я спокоен. Мул в зародыше разоблачит все ваши обманы, но все равно соглашаться не стоит.
— Почему? Вы боитесь, что мы не сможем обмануть психологов?
— Конечно, не сможем, но дело не в этом.
Взгляд Ченниса упал на предмет, который Притчер держал в руках.
— Ах, вот в чем дело, — злобно произнес он.
Притчер поиграл бластером.
— Вот именно. Вы арестованы.
— За что?
— За измену Первому Гражданину Союза.
— Что происходит? — Ченнис поджал губы.
— Вы слышали: измена. А с моей стороны — борьба с изменником.
— У вас есть доказательства? Вы бредите или сошли с ума?
— Нет. По-моему, с ума сошли вы. Вы думаете, что Мул каждый день отправляет неоперившихся юнцов на край Галактики с сумасбродными поручениями? Мне сразу показалось странным, что он послал вас на поиски Второго Фонда. Я потратил уйму времени на сомнения, но теперь мне все ясно. Хотите знать, почему Мул послал именно вас? Потому, что вы мило улыбаетесь, красиво одеваетесь, потому что вам двадцать восемь лет!
— Может быть, потому, что мне можно доверять? И потому, что у вас нелады с логикой?
— Потому, что вам нельзя доверять, что вполне логично, как оказалось.
— Мы соревнуемся в умении говорить парадоксами или в искусстве выразить как можно меньше мыслей как можно большим количеством слов?
Направив бластер на Ченниса, Притчер сделал несколько шагов вперед и приказал:
— Встаньте!
Ченнис неторопливо встал. Дуло бластера ткнулось ему в живот, но он и бровью не повел.
Притчер сказал:
— Мул искал Второй Фонд. Он его не нашел, и я его не нашел. То, что не можем найти мы с Мулом, должно быть очень хорошо спрятано. Оставался единственный выход — послать на поиски того, кто знает, где спрятан клад.
— То есть, меня?
— Вот именно. Сначала я этого не понял, но мой разум, пусть медленно, но все же поворачивает в нужном направлении. Как легко мы отыскали Границу Звезд! Вы просто чудом выбрали нужную область огромной Галактики! А в этой области — нужный мир! Глупец! Вы меня так недооценили, что сочли, что я не увижу закономерности в стечении стольких «случайностей».
— Вы хотите сказать, что я добился слишком большого успеха?
— Да. Для верного человека это слишком много.
— Прочему вы поставили мне такой низкий потолок возможностей?
Давление бластера стало сильнее, но на лице Притчера молодой человек не увидел признаков гнева, кроме, разве что, сухого блеска глаз.
— Потому, что вы наняты Вторым Фондом.
— Нанят? — бесконечное презрение. — Докажите!
— Либо находитесь под его влиянием.
— А Мул об этом не знает? Смешно!
— Мул знает. В том-то и дело, мой молодой тупица! Мул знает. Иначе вам не подарили бы такую дорогую игрушку, как корабль. Вы не обманули ожиданий Мула и привели нас ко Второму Фонду.
— Позвольте задать вам вопрос и добыть из ваших слов хоть крупицу смысла. Зачем мне было делать все это? Если я изменник, зачем мне вести вас ко Второму Фонду? Не логичнее ли было погонять вас по Галактике и ничего не найти?
— Нет. Вам нужно было привести Второму Фонду корабль. Ему ведь понадобится ядерное оружие для самообороны.
— Помилуйте, один корабль ничего не значит! Неужели вы думаете, что психологи надеются, разобрав корабль, за год выучить физику и наштамповать атомных двигателей? Плохо же вы о них думаете! Слишком просты ваши психологи, так же просты, как вы сами!
— У вас будет возможность объяснить это Мулу.
— Мы возвращаемся на Калган?
— Нет. Мы останемся здесь. Мул будет здесь через пятнадцать минут. Вы не догадывались, что он идет по нашему следу, мой хитроумно-остроумный самовлюбленный мальчик? Вы были приманкой наоборот: вы привели не наших жертв к нам, а нас к нашим жертвам.
— Позвольте мне сесть, — сказал Ченнис, — и объяснить вам кое-что на пальцах. Пожалуйста.
— Нет, вы будете стоять.
— Хорошо, я сделаю это стоя. Вы решили, что Мул следовал за вами, потому что в аппарат связи была подброшена метка?..
…Бластер едва заметно дрогнул. Ченнис готов был в этом поклясться.
— Вы не показываете удивления, но вы удивлены; я не стану и секунды тратить на сомнения. Да, я знал о существовании метки. Я показал вам, что знаю то, чего, вы думали, я не знаю. А теперь я скажу вам то, чего — я знаю — вы не знаете.