— Вы хотите сказать, что являетесь утешителем заблудших душ?
— Увы, ваш недостойный собеседник получил соответствующее образование, — лицо Пониетса преисполнилось скорби. — В пустоте бескрайнего Космоса мы, бродячие торговцы, крайне нуждаемся в людях, способных заботиться о духовной стороне нашей жизни странников, занятой в основном мыслями о мирских заботах и коммерции.
Владыка Аскона задумчиво прикусил нижнюю губу.
— Да, я понимаю… Всякий живущий, уходя к душам своих праотцов, обязан подготовиться. Но никогда мне не приходило в голову, что и торговец в состоянии быть верующим.
3
Аскель Гороу заворочался на койке и приоткрыл левый глаз. Лиммар Пониетс вошел в дверной проем и с грохотом захлопнул за собой обитые железом створки. Гороу что-то буркнул себе под нос и поднялся на ноги.
— Пониетс! Они все-таки прислали именно тебя!..
— Это всего лишь случайность, — горько произнес Пониетс. — Или козни моего личного дьявола. Пункт первый: ты попадаешь в переделку на Асконе. Пункт второй: мои торговые дела, что отлично известно Торговой Комиссии, вынудили меня оказаться на расстоянии всего в пятьдесят парсеков от данной системы — и как раз в то время, когда происходят те события, которые изложены в пункте первом. И, наконец, пункт третий: Комиссии также известно, что раньше мы работали вместе. Ты считаешь это простым совпадением обстоятельств. Я нахожу совсем иной ответ.
— Не увлекайся! — предостерег Гороу приятеля. — Здесь может быть прослушивание. При тебе есть искривитель поля?
При виде поднятой Лиммаром правой руки, на которой сверкал узорчатый браслет, Гороу вновь расслабился.
Пониетс прошелся по камере. Она была пуста и просторна. Освещение не заслуживало упреков, и различные сопутствующие тюрьме запахи также отсутствовали.
— Слушай, Аскель, у тебя тут прямо санаторий, только что за ухом не чешут!..
Гороу не обратил на сарказм Лиммара никакого внимания.
— Слушай, а как, собственно, тебе удалось сюда пробраться? Я вот уже третью неделю как нахожусь в строжайшем одиночном заключении.
— Как раз со дня моего прибытия! Угадал? Получается, что у старикана, который здесь крутит все дела, имеется свое слабое место… Он полон благочестивых идей, и я отнюдь не безрезультатно воспользовался этим! Так что перед тобой стоит твой духовный пастырь. Все-таки в священнослужителях есть и свои полезные моменты — он к вящей выгоде своей с удовольствием перервет тебе глотку, но ни за что не согласится отказать в спасении твоей нематериальной души, существование которой под большим вопросом. Это служит иллюстрацией к практикуму по эмпирической психологии. А торговец обязан разбираться во многих вещах — хотя бы понемногу.
Гороу саркастически улыбнулся.
— А ты как раз и учился в духовной семинарии! Ты умница, Лиммар, и я рад, что прибыл именно ты. Но не думаю, что Магистру так нравится исключительно моя душа… Он не намекал на выкуп?
Пониетс хищно прищурился.
— Еще как намекал! И грозил в противном случае газовой камерой. Так что я избежал риска, не настаивая на развитии этой темы — там могла скрываться ловушка. Но скорее всего — простое вымогательство. Чего он может хотеть?..
— Чего? Золота.
— Золота?! — Пониетс поднял бровь. — Металл? Зачем оно ему?!
— Это на Асконе средство платежей.
— А… Ну тогда понятно. И где я ему достану золота?
— Где угодно. Но достанешь. Ты не кривись, это все чертовски важно. Пока ноздри Магистра чуют аромат золота — я в безопасности. Наобещай ему любое количество — какое запросит. И если понадобится, отправляйся прямиком на Термин. И когда меня освободят и вышлют из системы под конвоем — мы с тобой расстанемся.
Неодобрение сквозило в поведении и взгляде Пониетса.
— А затем ты в надежде на успех вновь притащишься на Аскон, и я буду снова тебя вытаскивать?
— У меня задание — любой ценой продать Аскону атомную технику.
— Ты не успеешь вернуться даже на один парсек, как будешь схвачен. И я не думаю, что сообщаю тебе что-нибудь новенькое.
— Меня не схватят, — сказал Гороу. — Но даже будь это так, мое решение не изменится.
— И при следующей попытке ты будешь убит.
Гороу равнодушно пожал плечами.
— Я все же попытаюсь договориться с Великим Магистром. Пока я действовал с завязанными глазами, но попробую разобраться в ситуации.
— Вряд ли, — тихо сказал Пониетс. — Пока что любая моя реплика, самая невинная, доводила его преосвященство до сердечного приступа.