— Вы ведь любите опасные игры, правда? — спросил Ник. — Вот что это такое для вас. Убийство, наркотики. Это всего лишь игра.
— Я ведь дипломированный психолог. Игры — это что-то наподобие скачек. Они служат для развлечения.
Она закурила еще сигарету, и над ней поплыл голубой дымок.
— Ну, а что вы скажете о боксе? Это игра. Она сильно развлекала вас?
Какое-то время они не отрывали друг от друга глаз. Пространство между ними так накалилось, что, казалось, вот-вот вспыхнут искры.
— Бокс к делу никакого отношения не имеет, — строго сказал Толкотт, — Карран, вы должны задавать вопросы по существу.
Кэтрин пропустила его слова мимо ушей. Она обратилась к Нику, будто они были в комнате вдвоем.
— Бокс. Бокс развлекал меня.
— И только? Всего лишь развлекал?
— Он перестал развлекать меня, когда умер Мэнни, — призналась Кэтрин. — Какое уж тут развлечение, когда видишь, что человека, которого ты любишь, забивают до смерти.
— Могу себе представить, — сказал Толкотт с заискивающей улыбкой.
— Что вы почувствовали, когда я сказал, что умер Джонни Боз? — мягко спросил Ник.
— Я подумала, что кто-то прочел мою книгу и затеял игру.
— Я полагал, вы любите игры.
— Не такие.
Ник подался вперед, сверля ее глазами.
— Но ведь это не причинило вам боли, правда? Это была игра, которая встревожила вас.
— Нет, смерть Джонни Боза не причинила мне боли.
— Потому что вы не любили его? Она коротко кивнула.
— Вы угадали.
Теперь их глаза встретились, словно они пытались прочесть затаенные мысли друг друга.
— И тем не менее вы спали с ним.
— Любовь и удовольствие — разные понятия, Ник. Разве вы никогда не спали с кем-нибудь, когда были женаты, Ник? Я хочу сказать с другими женщинами, не с женой?
На некоторое время и довольно надолго воцарилось молчание. Ник смотрел на нее потухшим взором.
— Откуда вы узнали, что детектив Карран женат? — задал Уокер вопрос, который вертелся у на языке.
Но Кэтрин уже надоела эта тема, и она ушла от ответа.
— Может быть, я догадалась, лейтенант. Какая разница.
Она глубоко затянулась сигаретой.
— Хотите покурить, Ник? Корелли покачал головой.
— Вы что давно знакомы? Не пойму, в чем дело? В том случае, если вы давно знаете друг друга, тебе следует покинуть эту комнату, Ник.
Ник не отрывал глаз от ее лица.
— Не беспокойся, Джон. Мы не знаем друг друга. Правда, мадам Трэмелл?
— Да, — сказала она.
— Как вы познакомились с Джонни Бозом?
Уокер был настроен очень по-деловому. В его голосе слышалась решительность, которой он хотел рассеять натянутость, возникшую между Ником Карраном и Кэтрин Трэмелл.
— Я хотела написать книгу о бывшем кумире рокн-ролла. Я пошла в его клуб и познакомилась с ним. Потом стала с ним спать. — Она озарила Уокера лучезарной улыбкой. — Все очень просто.
— Понимаю.
— В самом деле?
— У вас не было к нему никаких чувств? Вы слали с ним только ради того, чтобы написать книгу?
Ник подумал, знал ли Боз, что он был всего лишь объектом для исследования.
— Так все началось. Потом …
— Потом?
— Потом мне стало нравиться, как он стал обращаться со мной.
— А вы довольно бездушны, вам не кажется, мадам? — спросил Гас.
— Бог мой, кто бы подумал, — усмехнулась Кэтрин Трэмелл, — что полицейские такие романтики. По-вашему, секс без любви — преступление, да? Люди используют друг друга каждый день, Гас, и мне странно, что это вас удивляет.
— Использовать их и затем избавляться от них — это ваш девиз, мадам?
— Я писательница, —холодно сказала она. — Я использую людей для создания своих образов. Пускай они сами заботятся о себе.
— Слишком запоздалое признание для Джонни Боза, — заметил Гас. Слишком поздно. Ему уже не унести ноги. Кэтрин посмотрела на полицейских и прокурора. — Вы действительно думаете, что я убила его, не так ли? Полагаете, что я настолько сошла с ума, что воспроизвела убийство, которое сама описала. Но ведь вы же сами считаете меня холодной бессердечной сукой. Как же я тогда могла, по-вашему, совершить столь необузданное преступление. Вы и впрямь думаете, что я убила Джонни. — Она удивленно покачала головой. — Тогда, пожалуй, мне придется предоставить вам доказательства своей невиновности.
— Как вы полагаете это сделать? — спросил Корелли.
— Очень просто.
— Как просто? — осведомился Ник.
— Пройти испытание на детекторе лжи.
Кабинка в полицейском управлении, где стоял детектор лжи или полиграф, скорее походила на газовую камеру. Это была крошечная комнатка без окон, с единственным стулом возле машины несколько угрожающего вида. В стене этой конуры, напоминающей также пристанище заключенного, были скрыты объективы видеокамеры, которая передавала изображение Кэтрин Трэмелл в небольшую комнату обзора. От детектора лжи к испытуемой тянулись ремешки и датчики, которые, словно щупальца, опутывали ее руки и грудь.