Значит нужно было искать кого-то другого. Андруз помог ему раз, может быть, поможет и еще. Правда, детектив тогда был вовсе не в восторге от приставаний Ника, но Карран все же решил, что стоит попробовать заручиться его поддержкой.
Он нашел Андруза в баре «Десять-четыре», где тот выпивал с двумя другими приятелями, судя по всему, полицейскими, имен которых Ник не знал. Они были не из отдела расследования убийств, что обрадовало Каррана; по крайней мере, они не станут приставать к нему с расспросами, зачем ему понадобился Андруз. Хотя они наверняка прекрасно знали о злоключениях Ника.
Карран отвел Андруза в сторону, подальше от посторонних ушей.
— Сэм, — сказал он, выручи меня.
В сыскном бюро было пусто, что очень устраивало их обоих; Андруз, едва дыша, словно кот-воришка, крался по большой неприбранной комнате; он включил одну-единственную лампу.
— Я наверняка совсем с ума спятил, — пробормотал он. — Надо было уносить ноги подобру-поздорову. И уже тем более не подпускать тебя к. файлам, ведь тебе запрещено даже находиться в этой комнате. В этом долбаном здании.
— Я не забуду этого, Сэм, никогда не забуду. Я всегда отвечаю добром на добро.
— О каком добре ты говоришь, Ник? Тебе останется только устроить меня на работу мойщиком машин в ту же самую дыру, куда отправишься ты сам.
— Знаешь, ты недооцениваешь эту работу. А возможно, она даже очень хорошая. На свежем воздухе, будут встречи с интересными людьми.
— Пожалуйста, — взмолился Андруз, — заткнись Бога ради.
Он сел у дисплея компьютера и набрал свой код.
— Отлично, — прошептал Ник, глядя на экран. — Смотрите водительскую карточку, выданную Министерством транспорта на имя Лизы Хоберман.
Ник назвал на память номер Лизы Хоберман в системе социальной безопасности.
Андруз ввел информацию, и большой мозг машины замер на мгновение, точно обдумывая ответ. Затем на дисплее высветились слова: Новая информации на 1987 — Элизабет Гарнер, Калифорния, Салинас, Квиистон — Драйв, 147.
Ник чуть не вскрикнул, когда прочел фамилию, появившуюся на экране. Борясь с подступающей тошнотой и растущим ужасом, он старался держать себя в руках:
— Пожалуйста, Сэм, давай посмотрим водительскую карточку?
Андруз дал команду, и на дисплее появилась компьютерная копия водительского удостоверения Лизы Хоберман. На документе без сомнения была фотография психиатра, чья судьба так тесно переплелась с жизнью Ника.
— Послушай! — сказал Андруз. — Да это же доктор Гарнер, правда?
— Да. Пожалуйста, воспроизведи фото восьмидесятого года.
Фотография десятилетней давности, конечно, сильно отличалась от предыдущей. Бет выглядела на ней моложе и менее ухоженной: в конце концов, она ведь тогда еще не работала. Но не это поражало больше всего. Нынешняя Бет Гарнер была брюнеткой, Ник хорошо помнил ее блестящие каштановые волосы. А со студенческого снимка на него смотрела блондинка с точно такими же длинными, золотистыми прядями, как у Кэтрин Трэмелл, Ник смог их разглядеть даже на блеклой копии фото с водительского удостоверения.
Глава восемнадцатая
Когда Бет Гарнер вернулась в тот вечер домой, она, казалось, не удивилась, обнаружив, что Ник сидит в ее погруженной в полумрак гостиной. Она словно предчувствовала, что он дожидается ее. Ник не стал извиняться за вторжение.
— Тебе не следовало оставлять дверь открытой. Мало ли кто может зайти.
— А я и не оставляла, — сухо сказала Бет. — Что-то случилось с замком. — Она включила свет. — Зачем ты пришел, Ник? Я очень устала.
— Расскажи мне о Кэтрин.
Она пристально посмотрела на него и пожала плечами.
— Я же говорила тебе, правда? А что она тебе такого сказала?
— Что она мне сказала, Бет? Давай все-таки послушаем тебя, я хочу то же самое услышать с твоих слов.
— Я переспала с ней раз в университете, — быстро проговорила Бет. — Как психиатр она не видела ничего постыдного в гомосексуальном поведении, оно не казалось ей отклонением от нормы. Но гетеросексуальность нуждалась, по ее мнению, в оправдании. — Я была тогда еще ребенком. Я искала свое. Это произошло лишь однажды.
— Лишь однажды? Ты переспала с ней один раз и больше никогда не видела ее. Так?
Бет Гарнер помедлила.
— Нет…нет, все было не так просто. Она… зациклилась на мне. Она стала делать такую же прическу, как я. Носить такую же одежду. Она везде ходила за мной. Надоедала мне. Преследовала меня. Я боялась ее.