После двух часов в вип-палате и постоянного присутствиялебезящего персонала передо мной, меня начало тошнить. Я задыхался так, словно меня душили.
Но всё же Ной был прав, не смотря на поздний час Сая хотела дождаться моего приезда. Мы въехали в широкие кованые врата поместья семьи Ли, и остановились у огромного белого особняка, который был окружен множеством небольших построек.
- Господин! - у входных дверей стояла прислуга и дворецкий, имени которого я даже не запомнил.
Мы поднялись по ступеням, и я вошёл в мраморный зал. Всё дышало роскошью, богатством, а от обилия светлых тонов болели глаза. Это не мой дом… Мой стоит рядом с садом, в котором я нежно гладил её лицо.
Сая уснула на широком диване прямо в гостиной, с книжкой в руках. Девочка ждала меня, потому что рядом стояли ее краски и листы с рисунками…
- Мы хотели ее разбудить и отвезти в комнату, но госпожа Сая не подпускает никого к себе, - горничные потупили взгляд, а я кряхтя, присел у дивана.
- Не трогайте её! И принесите плед!
Тут же перед моим носом положили теплый плед и я накрыл малышку. Сая укуталась, и книга, которую она держала в руках, упала на пол.
Я посмотрел на рисунок на развороте, и поднял немаленькую по размерам книжечку.
- Таинственный сад… - тихо прочёл название вслух и нахмурился, увидев кучу оберток от конфет на столике рядом.
- Вы накормили ребенка?
- Да, господин! Прикажете подать и вам ужин в столовой? - прошептала всё та же девушка, а я покачал головой.
Еда - это последнее, чего я сейчас хотел.
- Нет! Вы свободны на сегодня! Время позднее, идите отдыхать!
- Слушаюсь, господин!
Я поднялся, и опустился в кресло, продолжая держать книгу в руках. Мне вдруг стало интересно, чем увлекается мой ребенок... Теперь это действительно мой ребенок… Её дочь…
Я открыл книгу там, где лежала плетёная закладка…
" - Моя матушка говорит, с ребенком две плохие крайности могут произойти. Либо ему вообще ничего не велят, либо, напротив, все позволяют, и неизвестно, что из этого хуже." *(Френсис Бернетт, Танственный сад)
Я читал… Впервые за долгое время я читал не потому, что так было нужно, а потому что хотел стать ближе к этой девочке. Действительно стать её отцом.
"Все эгоисты обзывают эгоистами всех других." **(Френсис Бернетт, Танственный сад)
Я усмехался, и листал страницу за страницей, понимая, что воспитательница была абсолютно права, когда говорила, что Сая очень проницательный и умный ребенок. Но меня все же пугало, что из сотен сказок она выбрала книгу именно про сироту…
Утро наступило неожиданно, все за той же книгой, но Саи уже не было в гостиной, а на мне лежал плед, которым я укрыл девочку.
Светало… Дом был пустым и по нему гуляло эхо моих шагов, которые привели меня к воспоминаниям. К тому что так ярко хранила моя память. Ладони Ханны на моем лице, её глаза, лицо… Её тело, запах кожи… И дрожь, которая сотрясала и меня, даже сейчас.
Дождись меня! Я приду за тобой…
Я стоял в гардеробной и тщетно пытался хоть как то завязать эту чертову удавку на шее. К черту! Зачем мне галстук для поездки в школу? Приеду назад и тогда решу этот вопрос. Память возродила руки Ханны на моем воротнике… И я прикрыл глаза.
Скоро она узнает, возможно Чон Сок сам ей расскажет познакомившись со мной. О! Этого момента я ждал больше всего!
Возможно, ей будет достаточно включить нужный телеканал… И тогда моя Ханна узнает всё сама, и возненавидит меня. Совершенно точно она не простит мне этой лжи.
С этими мыслями я спустился вниз в обычной рубашке, и простых джинсах, застёгивая на ходу наручные часы.
- Папа!
Я вздрогнул от этого обращения, и резко поднял взгляд, когда заметил нахмуренную Саю за огромным столом в столовой.
- У меня уже каша остыла! - малышка надула губы, и отчего то нахмурилась.
На ней была красивая темно-синяя форма с эмблемой школы, а в волосах торчали чудные белые бантики.
Я сел рядом и удивился, посмотрев на её тарелку. Она действительно не притронулась к еде, пока я не пришёл.
- Почему ты не ешь?
- Тебя жду… - она наконец схватила палочки и начала есть.
- Сая, а где "доброе утро"? - мне вдруг стало важно, чтобы она перестала грубить как обиженный котенок, и вела себя воспитанно.
Девочка подняла пристыженные глаза, а я чуть не удавился. Вот же ляпнул! Кто я ей, чтобы так журить? Но Сая меня опять удивила. Она встала со стула, и поклонилась мне как настоящему отцу.
- С добрым утром, папа! - улыбнулась она, и опять села на стул, добавив, - Я не хотела тебя огорчить.
Ком в горле стал ощутимее, а я не знал, что делать. Как мне теперь поступить? Боги, я взялся за воспитание ребенка, а сам вообще не знал, как это делать!
- Ты не огорчила меня… - я начал подбирать слова, и накладывать ей в кашу изюм и кусочки хурмы. - Просто ты взрослая и умная девочка, и должна вести себя красиво! Не обязательно кланяться мне, достаточно поздороваться!
- Хорошо! - она опять кивнула. - Спасибо, папа, но я не ем изюм.
Палочки выпали у меня из рук, а сам я застыл с открытым ртом.
- И ещё, ты тоже не дерись больше ни с кем…
- Что?! - я смотрел как она все таки начала есть кашу даже с изюмом и мои брови поползли вверх.
- Братик Ноэль вчера сказал, чтобы я не пугалась, и объяснил, что ты защищал кого-то от бандитов.
Ну, Ноэль!!! Что б тебя!!!
- И?
- У тебя разбита губа, и синяк на скуле! Ты уверен, что хочешь вести меня в школу сегодня?
Вот так просто этот ребенок пристыдил уже меня, вернув мне же мои замечания. Я вначале хохотнул, а потом вовсе рассмеялся, погладив её по голове.
- Я обещал тебе… И это твой первый день в настоящей школе.
- А дяди охранники тоже поедут с нами? - видимо ей не нравилось наличие охраны, но я это итак знал. Поэтому службе безопасности было велено даже не попадать в поле зрения Саи во время занятий.
- Нет! Мы поедем вдвоем.
- Спасибо! - она наконец-то искренне мне улыбнулась и начала уплетать кашу с удвоенным рвением.
Школа в Корее весьма отличалась от той в которой учился я. Ноэль настаивал отдать Саю в престижную гимназию для богачей, но я напрочь отказался. Мне не нужно, чтобы она чувствовала себя, словно находится не в своей тарелке. Поэтому, когда у въезда обычной Саульской школы, остановился крайслер, несколько ребят из старших классов начали даже снимать на телефон это чудо. Я прыснул со смеху, и заглушил мотор, надев очки.
- Идем? - посмотрев на малышку, заметил как она сжала ладошки в кулачки.
- Сая?
- Мне страшно… - впервые этот ребенок проявил слабость, чем сильно удивил.
До этого Сая не позволяла себе проявлять слабость.
- Почему?
- Вдруг они не примут меня? Я боюсь…
- Сая, посмотри на меня.
Она подняла свое лицо и я уверено промолвил:
- Если тебя кто-то посмеет обидеть, ты должна помнить, что теперь не одна! У тебя есть я, и тебе больше не нужно ничего бояться! Договорились, медвежонок?!
Я сам не понял, как это вырвалось. Но ведь отцы придумывают своим дочерям смешные прозвища, почему я не могу?
- Хорошо, папа! - она неожиданно счастливо улыбнулась и обняла меня.
- Ну всё! Идем, а то ты опоздаешь на занятия в свой первый день.
Мы вышли из машины и я поправил рюкзак на плечах Саи, а она схватила меня за руку, и уже сама потянула на школьный двор.
Ребенок был счастлив, а вместе с ней и в моей душе разливалось это чувство. Не могу сказать был ли это отцовский инстинкт, но я желал этой девочке только самого лучшего, и сделаю для этого всё…
Именно с этими мыслями через два дня я выходил из машины в сопровождении охраны у главного офиса корпорации "Джилиан". У небоскреба, что находился в центре Сеула собралась казалось бы вся пресса столицы.