Флин нахмурился. Как и всякому упертому человеку, который всегда думает, что он прав, ему было неприятно выслушивать мнение, расходящееся с его жизненной философией.
— Я сказал про создание Академии, а не магов. Академию создавали для того, чтобы маги служили для благо обычных людей. Что сделали хорошего эти крикливые пингвины? Ничего. А что могли бы сделать мы… — он вздохнул, не зажившая нога давала о себе знать. — Раз речь зашла обо мне, то пока Дайошис не деформировал мои способности — маги мне были нипочем. Теперь с ними будет сложнее расправляться, но не менее приятно.
Они немного помолчали, поднимаясь вверх по тропе.
— Да, в этом мире правит сила. Но править должна та сила, которая осознает всю ответственность за носимое на себе бремя силы, — медленно продолжил полуэльф. — Я маг — и я осознаю всю ответственность своей силы.
“— Опять эти неведомые "мы", — поморщилась полуэльфийка”. Однако вслух произнесла другое, несмотря на то, что ей жутко хотелось разузнать больше об организации спутника.
— А по-моему ты мало чем от них отличаешься, — девушка беспечно пожала плечами. — Что ты, что твоя братия. Куча красивых слов в стиле "сила, ответственность, благо народа", прикрывающих обычное стремлении занять местечко повыше. Или ты станешь утверждать, что совершенно не собираешься устраивать себе красивую жизнь, как только "вы" победите? Ох, да не смеши мою лютню… Ставлю свой арбалет против перочинного ножика, что если даже ваша контора придет к власти, для народа ну ничегошеньки не изменится. Оппозиция всегда обещает кучу всяких улучшений, пока не становится у руля. А как только она превращается в правящую элиту это все куда-то — фьють — и забывается, улетучивается!
Для наглядности все свои слова Эль подкрепляла бурной жестикуляцией. Но сейчас, хлопнув в ладоши на слове "фьють", даже разгоряченная спором она несколько притихла, размышляя, не убьет ли ее спутник за такое прямое высказывание.
Убийца закрыл глаза и улыбнулся. Разговор не мог получиться полноценным из-за неосведомленности Элевьены. Может она сказала бы больше, если бы знала полную информации про него. Вместо этого он сказал совершенно другое.
— Разве я жил плохо до нашего приключения? — Флин прищурился. — Страдал у городских стен и просил милостыню? Нет. Я жил очень хорошо, и если чудище не разрушило мой дом, то и сейчас прекрасно живу. Зачем мне прелести правления, если у меня все есть? Мы всего лишь жаждем освободить правителей от этой непосильной ноши. Только у нас хватит сил держать мир в равновесии.
Нога неприятно ныла и он дал знак девушке на привал. Присев на поваленное дерево, он продолжил:
— Мы с тобой путешествуем. Я делаю это для увеличения своих сил. Ты не поверишь, но все равно чувствую себя слабым..
Флин был уверен, что она не поняла скрытый смысл этих слов. Он говорил правду, хоть и сильно завуалированную под непонятные эпитеты. Но ему было интересно мнение девушки.
Эль расхаживала взад-вперед перед деревом, которое облюбовал мужчина, и размышляла, высказать ему напрямую все, что она думает, или лучше не подвергать себя такому риску…
— Как бы это помягче сказать, — не заметив, пробормотала она вслух. — А ладно! — резко остановившись напротив Флина, девушка спокойно взглянула в его глаза и, отбросив свой обычный полушутливый тон и детские манеры, начала:
— В равновесии все и находилось до недавнего времени. Все крупные державы жили в мире и покое. И никакой еще больший покой никому был не нужен. И никакая новая "сила". Она вообще не нужна в спокойные времена. А потом — совершенно случайно — из своей темницы выбрался демон. Начались стычки между эльфами. Началась непонятная травля оборотней. И все в один момент. Какое совпадение, правда? Друг мой, я хорошо знаю историю. Слишком хорошо, чтобы ты мог меня так легко водить за нос. Так вот, все перевороты всегда, — выделила полуэльфийка последнее слово, — прикрывались чем-то серьезным. Ну, например, войной… Или вот тоже хороший вариант — выбравшимся из клетки зверем… И знаешь, как правило, все это прикрытие организовывалось самими участниками переворота. Хм… Я сказала "как правило"? Оговорилась. Всегда. Так вот. Не правда ли, для возможной смены власти сейчас невероятно подходящий момент, м? — девушка невесело усмехнулась. — Знаешь, мне совершенно не хотелось думать о тебе плохо, потому все эти рассуждения я долго и упорно от себя отгоняла, но… Если уж мы говорим совсем напрямую. Учитывая все, что я о тебе знаю, мне совершенно не хотелось бы, чтобы Империей управлял человек подобный тебе. Жестокий, равнодушный, не признающий ничьей точки зрения кроме своей, способный спокойно убить любого, кто встанет у него на пути… Диктатор и тиран, руководствующийся лишь правом силы… Как зверь. — Эль покачала головой. — Нет, не такой нужен правитель для мирного времени. Как и для любого другого. И, честно говоря, я очень надеюсь, что у вас ничегошеньки не выйдет.
Помолчав немного девушка добавила:
— И если бы вы действительно заботились о благе, равновесии и тому подобном, вы просто оставили бы Империю в покое. Ну или помогли справиться с напастями. А вам нужна власть. Не мир. Не покой. Лишь власть.
Спокойно глядя на мужчину, Эль расслабленно стояла на расстоянии вытянутой руки от него, ожидая реакции.
Флин спокойно сидел на дереве и смотрел на девушку. Его руки медленно поднимались к Элевьене и… начали аплодировать.
— Как проникновенно. Ты живешь меньше меня и не знаешь того, чего знаю я, — сказал он, с не выражающим никаких эмоций лицом. — Ты можешь подкрепить свои слова фактами? То что чудовища вызвали — мы? То что стычки между эльфами устроили — мы? Наконец, травлю оборотней тоже мы устроили? Ты сможешь доказать? Не думаю. Берегись необоснованной клеветы.
Мы не собираемся брать власть силой. Всего лишь укрепляем свои позиции в эти нелегкие времена. До этих страшных событий, вроде призыва Архидемона, мир и так находился в состоянии хрупкого мира. У нас сжимались сердца, когда мы видели подобные картины. Мир невозможен, когда у него есть границы.
Он помолчал, немного добавив:
— Я и не буду править. Есть более достойные люди, которых не развратила власть. Но добру всегда мешает зло. Это зло попытается помешать нашим благим намерениям и кто-то непременно окажется по разные стороны барикад. Вопрос только в том: сколько людей захочет оказаться на проигравшей стороне зла. Ты, я вижу, уже решила с кем будешь.
Внимательно посмотрев на спутника Эль внезапно рассмеялась. Причем рассмеялась как-то облегченно.
— Ясно. Значит, это не ты. Что ж, передай мое огромнейшее восхищение тому, кто в вашей команде такой красноречивый. Настолько убедить человека в какой-то идее, чтобы тот так слепо в нее верил… Это надо быть… Мда… — полуэльфийка восхищенно причмокнула губами. — Если бы его идеи не были настолько убийственными, я бы обязательно попросила нас встретить. Взять у такого оратора парочку уроков… Дорогого стоит.
Окончательно расслабившись и перестав бояться возможной реакции Флина, девушка присела рядом с ним на дерево и потерлась щекой о его плечо.
— Как твоя нога? Может пора ее уже перевязать?
— Я не последний человек в нашей организации, — несколько обиженно сказал Флин. — Конечно у нас есть лидер, но все всегда решается совместно. Каждый вносит свою лепту в наше дело. К тому же…
Он резко замолчал, поняв, что сболтнул лишнее. Девушка прижалась к его плечу и спросила о состоянии ноги.
— Нога заживает. Перевязывать пока не нужно. Точнее, я не хочу перевязывать ногу на болотах. Как-то напряженно я себя здесь чувствую, не могу расслабиться.
Его все время преследовало чувство, будто за ними следят. Флин вызвал змеиное зрение, на всякий случай. Он проверил свои наручи, из которых в случае опасности выскочат кинжалы.
— Ты не устала? Отдохнуть не хочешь?