***
Этот учебный день был выматывающим. Адель эмоционально была опустошена, а физически едва ли способна устоять на ногах. Хотелось отсидеть последнее лекционное занятие и отправиться на свежий воздух в надежде, что лучи закатного солнца немного придадут сил.
Адель старалась не отставать от преподавателя и записывать каждое его слова, хотя не пыталась вникнуть в смысл сегодняшней темы. Краем глаза наблюдала, как переговаривались студенты, а некоторые скучающе сложили головы на парты. Преподаватель никак не реагировал на откровенное проявление незаинтересованности, что в конечном итоге привело к самовольности студентов.
Видимо, Адель единственная в аудитории, кто хотя бы ради приличия держала ручку в пальцах. Громкий смех на соседних партах заглушил слова преподавателя, и Адель обернулась на веселящуюся Луизу.
Она что-то показывала подруге на мобильном телефоне и вставляла свои комментарии, пока не почувствовала на себе пристальное внимание. Оторвала взгляд от экрана телефона и вызывающе приподняла брови, встречаясь глазами с Адель.
— Чего пялишься?
Адель покачала головой и поспешила отвернуться, мысленно коря себя за необдуманный поступок. Следовало, конечно, попросить быть чуть потише, но лишний раз нарываться на конфликт не хотелось. Потому подпёрла голову ладонью и оставшееся время лекции делала вид, что записывала материал, хотя на деле не слышала ничего, кроме смеха Луизы.
Наконец, прозвенел долгожданный звонок, и Адель быстро сложила канцелярию в рюкзак. Однако не успела покинуть аудиторию, как путь преградила знакомая девушка, что работала в том же книжном магазине, что и Адель.
Её показанное дружелюбие и несвойственное ей проявление учтивости натолкнули Адель на подозрение. Спустя секунду напарница подтвердила, что милое «Привет, как твои дела?» было сказано не из чистого любопытства.
— Можешь в субботу меня подменить?
Хотела на автомате ответить «да», но вспомнив, что предстоящая суббота не просто день недели в календаре, смущённо ответила:
— У меня в субботу день рождения.
Напарница сокрушённо возвела глаза к потолку и едва ли не застонала от досады.
Адель отчего-то почувствовала себя виноватой, потому поспешила пробормотать:
— Извини-и…
— Слушай, ты же всё равно не будешь устраивать вечеринки. Зачем тебе дома скучать в свой праздник, если можешь развеяться на работе?
Адель никогда не отмечала день рождения, потому слова напарницы имели смысл. Однако раньше у неё не было ни Итана, ни Молли, и она точно знала, что единственный человек, кто поздравить с праздником, будет собственное отражение в зеркале.
Сейчас же в её жизни есть люди, что заставляли улыбаться. Тем не менее, Адель колебалась, за что и зацепилась напарница:
— Ну-у, договорились?
Адель закинула рюкзак на плечо и улыбнулась:
— Извини, но я буду праздновать день рождения.
Напарница проследила путь удаляющейся девушки и, стоило ей выйти из аудитории, скривилась:
— Сама с собой праздновать будет, — недовольно пробурчала и вызывающе уставилась на Луизу, что не сдержала громкого смешка.
— Что, чокнутая тебя обломала?
Напарница Адель, она же Джесс, не осталась в долгу и тоже ядовито усмехнулась:
— Не меня одну.
— В смысле?
— Из-за неё же тебя Генри бросил.
Луиза перестала улыбаться и сделала шаг ближе к девушке:
— Что ты несёшь? Меня никто не бросал. И тем более, не из-за чокнутой.
— Конечно-конечно, — издевательские кивки. — Не волнуйся так, я никому не скажу.
Луиза в изумлении оглядела забавляющуюся девушку:
— Не понимаю. Вы в своём магазине книгами мозги отбиваете? О чём ты, чёрт подери, не расскажешь?
Джесс осмотрела пустующую аудиторию и на всякий случай понизила голос, как если бы её действительно заботила репутация председателя студенческого театра:
— Я своими глазами видела поцелуй Адель и Генри, — наблюдать за широко распахнутыми глазами оказалось поистине забавным. — Да-да, представь себе. На прошлой неделе я опоздала на работу и попросила Адель задержаться на полчасика. И знаешь, что увидела через окно магазина? Страстный поцелуй. М-м-м!
Луизе потребовалось немало усилий, чтобы не выдавать своего шока, что подпитывался смесью неверия и злости. Заставила себя растянуть губы в саркастической усмешке и придать голосу безразличия:
— Почему-то я не верю. Но даже если зрение тебя не подвело, и поцелуй случился, то мне не жалко. Такова участь чокнутой — подбирать за другими.
Стоило покинуть аудиторию, как быстро ускорила шаг и едва ли не перешла на бег в намерении скрыться из поле зрения Джесс. Забежала в женскую комнату и, бросив сумку на лавочку, запустила пальцы в карамельные волосы.
— Чёрт!