______
Спасибо, что в комментариях делитесь своим мнением. Очень вдохновляете рассуждениями! Но сейчас попрошу максимально обходиться без спойлеров. Оставим будущим читателям немного интриги)
Глава 19 (5)
Адель нервно хихикнула:
— Нет, ты не можешь болеть раком.
— Я тоже так думал, — усмехнулся парень и опустил голову, позволяя собравшейся влажности сорваться с ресниц и разбиться о пол.
Адель неверующе покачала головой.
Нет-нет, так не бывает!
Прижала ладони к пылающим щекам и не сразу заметила, как слёзы градом скатывались по лицу. Сделала судорожный вздох, ощущая, как горели лёгкие от недостатка кислорода, и прикрыла глаза.
Итан не может болеть.
Он же такой молодой, и такой жизнерадостный, и такой… Адель закрыла рот ладонью прежде, чем рыдания вырвались из горла во всеуслышанье.
Меньше всего Итану нужны её слёзы.
Опустилась на корточки и, положив влажные ладошки на колени парня, загляну в тёпло-карие глаза. Хотела сказать, что всё будет хорошо, но…она не чувствовала уверенности.
Пребывала на грани пропасти и не знала, в какую минуту лишиться почвы из-под ног.
Но одно знала наверняка — она не сможет без Итана. Не теперь, когда узнала, что значит быть в этом мире не одной, а идти с кем-то за руку.
— Лечение поможет, — прошептала Адель, на что Итан неуверенно кивнул:
— Назначили удаление опухали, — прикрыл глаза. — Если динамика будет положительной, то к середине четвёртого курса вернусь.
Девушка не сдержала всхлипа, не решившись на вопрос, что буквально штыком застрял в горле. Однако не требовалось проговаривать вопрос вслух, Итан всё понял без слов.
— В ином случае мы ещё долго не увидимся, — прижался лбом ко лбу девушки и погладил большими пальцами уголки её опущенных губ. — Мне не хочется уезжать, Адель…
«Не уезжай», — так и рвалось слететь с языка, но подобную глупость девушка поспешно проглотила. Он должен лечиться. И он обязательно вылечится.
— Так страшно…
Адель резко открыла глаза, ощутив болезненные импульсы в висках, и мысленно залепила себе звонкую оплеуху. Она должна поддержать Итана, а не пускать слёзы. Ему нужна поддержка, а не женская истерика.
— Не стоит бояться, Итан, — затараторила, лихорадочно вытирая ладонями лицо. — Врачи удалят всё плохое, и тебе станет легче.
Парень усмехнулся и поддел указательным пальцем покрасневший нос Адель:
— Мне не страшна болезнь, Адель. Я смирился, что с этой гадостью мне либо жить, либо нет, — внимательно осмотрел лицо девушки. — Но как оставить тебя одну? Здесь? Среди сук и лицемеров…
Забрал выбившийся локон русых волос за маленькое ушко и горько заметил:
— Я же не могу по щелчку пальца превратить тебя в сухарь, которому не свойственны наивность, доверчивость и излишняя доброта.
Адель ощущала, как дрожал подбородок и понимала, что не в силах скрыть от парня свою истерику. Спрятала лицо в ладонях и заплакала, претерпевая ломку плечевого сустава. Спасало только одно — объятие Итана, что крепкими руками укутало от ужасной реальности.
— Мне плохо без тебя, Итан, — призналась и уткнулась носом в ложбинку на горячей шее молодого человека. — Как мне быть без тебя? Ты прав, я не справлюсь…
— Я не говорил, что ты не справишься…
— Я не справлюсь! — упорно заявила девушка, заслуживая нежные поглаживая по спине:
— Раньше справлялась.
— Раньше я не знала тебя, — отстранилась лишь для того, чтобы увидеть любимые глаза. — Пожалуйста, позволь мне быть рядом.
Итан нахмурился, в ту же секунду прерывая такие необходимые, утешающие прикосновения:
— Что?
— Я могла бы уехать с тобой в Лондон, — на ходу придумывала девушка, всё сильнее загораясь неожиданно пришедшей на ум идеей. — Я не буду обузой для тебя, нет. Я устроюсь на работу, и полностью обеспечу себя. Главное, что смогу навещать тебя. Нам не придётся расставаться.
— Нет.
Адель растеряно моргнула:
— Нет? Почему «нет»?
— Ты должна окончить университет, — безапелляционно заявил Итан. — И ничто не должно отвлекать от учёбы, Адель. У тебя высокий рейтинг, и твои заслуги в научной деятельности составят отличное резюме. Нет. Ты остаёшься.
Девушка ощутила, как огонёк надежды, что зародился в груди, потух и оставил после себя неприятный осадок. Сожаление. Грусть. Страх. Одиночество.
Вновь притянула Итана в объятья и зажмурилась, стараясь забыться в крепких руках. Старалась думать только о моменте, в котором длинные пальцы вырисовывали замысловатые узоры на её спине, а горячее дыхание опаляло ключицу.
— Адель… — позвал молодой человек спустя продолжительное время тишины. — Вернёмся к плану сегодняшнего дня?
Сфокусировала взгляд на лице Итана, что выглядело непривычно уставшим, бледным и немного исхудалым. Не оставалось сомнений — разговор изрядно вымотал не только морально, но и физически.
Указательным пальцем стёрла засохшие слёзы, что скопились во внешнем уголке тёпло-карих глаз, и растянула губы в улыбку:
— Я именинница, и, пользуясь своим положением, меняю план, — оставила короткий поцелуй на губах парня. — Давай проведём весь день в постели? Будем обниматься и рассказывать друг другу интересные истории.
Итан покосился на коробку, что стояла в углу комнаты:
— Подарки посмотрим вечером?
— Договорились!
Однако стоило голове Итана коснуться подушки, как он провалился в глубокий сон. Адель же не могла уснуть, внимательно наблюдая за сном молодого человека.
Она действительно наслаждалась моментом, глубоко в душе понимая, что этот день, возможно, последний счастливый день в её жизни.
Она просто понимала, что с отъездом Итана больше не будет поддержки. Останется наедине с диким страхом и необузданным волнением.
Она вновь ощутит все тяготы жизни в осознании, что в этом мире у неё никого нет. Даже Итана хотят забрать…
Адель прижала ладонь парня к своей щеке и прикрыла глаза, сохраняя в памяти его образ. Потому что она будет помнить его именно таким: весёлым, саркастичным и любящим.
В Питерхаус Итан не вернулся.