Глава 23 (4)
Вернула кружку и наклонилась к обуви. Надела ботинок на одну ногу и громко выдохнула, запутавшись пальцами в шнурках. Выпрямилась, претерпев неожиданную отдышку, и непонимающе коснулась ладонью грудной клетки.
Состояние, будто пробежала марафон. Настолько сильно колотилось сердце. Так сильно, что задрожали коленки. Старалась не обращать на странности организма внимания и вновь наклонилась уже за вторым ботинком. Однако на этот раз выпрямиться удалось с трудом, а завязать шнурки вовсе оказалось задачей невыполнимой.
— Генри-и! — затравленно позвала парня, чувствуя, что вот-вот земля уйдёт из-под ног. — Я сейчас упаду-у!
Ощутила на плечах крепкий захват и вынужденно облокотилась на парня, хотя ещё минуту назад претерпевала дикий дискомфорт от его близости. Сейчас же без поддержки ноги отказывались слушаться: превратились в желе и подрагивали при новом шаге.
Тело покалывало, будто кто-то невидимый и особо извращённый тыкал иголкой в кожу, кропотливо не пропуская ни дюйма. Перед глазами заплясали чёрные точки, которые быстро концентрировались в центре и мешали обзору.
Смотрела во встревоженное лицо молодого человека и почему-то хотела громко рассмеяться. Он такой забавный, но особенно забавны его широко раскрытые глаза. Они медленно меняли свои очертания, приобретая форму ромба, и Адель не сдержала глупого хихиканья.
— Тебе надо прилечь…
Голос Генри смешнее, чем его внешний вид. Тоненький голосок. Наверное, он часто на концертах пел фальцетом, иначе не объяснить такой курьёз с голосовыми связками.
Адель старательно шевелила ногами, но по итогу наблюдала, как они волочились следом за туловищем. Парень крепко держал за талию и стремительным шагом уводил в зал, даже не подозревая, что подобная скорость вызывала головокружение.
Американские горки производили похожий эффект, хотя Адель никогда на них не каталась. Тем не менее, была уверена, что горки вытворяли с организмом нечто подобное: переворачивали мир вверх тормашками.
На мгновение прикрыла глаза, когда тряска перед глазами из объектов мебели и чёрных точек стала невыносимой. Прижала руки к груди и испуганно ойкнула, не ожидая почувствовать под ладонями бешеное сердцебиение. Казалось, сердце поставило перед собой первостепенную задачу — выбить в грудной клетке дыру и улететь на Марс. Настолько сильно колотилось, настолько дико сотрясало кости, отчего громкое биение заложило уши.
Разлепила веки и зашипела от жжения, что вызвала испарина, сорвавшаяся со лба прямиком во внутренний уголок глаза. Генри притормозил в дверном проёме, явно растерявшись от болевых ощущений, что вызвали подобные звуки. Адель же вновь не удержалась от хихиканья.
Какой же забавный Генри!
Хотела поблагодарить за приподнятое настроение, но не успела и рта открыть, мигающим взглядом впиваясь в белоснежный ковёр. Он лежал в центре зала и своим пушистым ворсом напоминал облачко.
Или пенку латте.
Такое неземное, нежное и невесомое.
Адель облизнула вибрирующие губы и громко сглотнула скопившуюся во рту слюну, ощущая, как остервенелое сердцебиение сковало горло. Отстранилась от парня и прошла на трясущихся ногах к облачку.
Провела ступнёй по пушистому ковру и хихикнула от щекотки. Знакомое чувство блаженства проникло под кожу, пропиталось в вены и распространилось с кровью по всему телу. Опустилась на колени, позволяя тактильным ощущениям от соприкосновения с высоким, мягким ворсом закрепить результат полного расслабления.