— Твой мозг кипит, — усмехнулся Итан, наблюдая за молчаливым другом. — Вот-вот взорвётся.
— В понедельник у Лу день рождения, — поделился наболевшим и вздохнул. — Я долго думал над подарком, но ничего толкового не придумал. Может, есть идеи?
Адам сделал глоток своего напитка, расслабленно расположившись за столиком в уютном кафетерии, и щёлкнул пальцами, как если бы его настигло озарение:
— Устрой романтик.
— Не-е-е, — протянул Итан. — Зная Генри, я уверен, что романтик он устраивает каждый день.
Генри едва ли удержался от характерного жеста пальцем. В целом, друг прав. Генри не уставал радовать девушку мелочами, взамен наслаждаясь её неподдельной радостью и той светлой энергией, что не жалела только для него.
Уже пять месяцев длятся их отношения, а чувство влюблённости, что настигло в первые дни знакомства, усиливалось с каждым днём. Было мало часов, проводимых вместе. Хотелось ещё и ещё наслаждаться компанией друг друга.
Хотелось бесконечных прикосновений, бесчисленных поцелуев и больше бессонных ночей, без спешки и опасений быть пойманными любопытными соседями.
Генри в упор посмотрел на Итана, глубоко в душе надеясь, что именно он сможет подсказать правильный подарок.
— А у тебя какие мысли?
Парень приподнял брови:
— Я не думаю о Лу, и уж тем более мне похуй на её день рождения, — с показанным раскаянием приложил ладонь к сердцу. — Прости за красноречие, но это факт.
Генри прищурился. Казалось странным, что когда-то его не отпускали подозрения о симпатии Фоуза к девушке. Сейчас же не осталось ни толики намёка на прежнюю влюблённость, будто всё почудилось, и друг не интересовался Лу.
«Девушка друга — табу». Неужели он действительно следовал своим принципам, и подобное заявление было не фальшей, а истинной.
Что же, подобное наблюдение стало огромным плюсом в копилку друга, однако Генри не мог не оговорить за «красноречие» в сторону девушки. Хотел попросить более не выражаться, но взгляд Итана, направленный поверх его плеча, заставил запнуться.
Оглянулся и увидел у витрины с выпечкой Адель. Она взяла бумажный пакет и расплатилась за его содержимое, не позабыв пожелать рабочему персоналу хорошего дня.
— Эта девчонка одевается, как моя бабуля в пятидесятые годы, — прыснул Адам, за что получил от Генри раздражённый взгляд.
Сегодняшний наряд девушки мало отличался от её повседневной одежды, однако была существенная деталь, что заставила обратить на себя внимания. Цвет сарафана из вельвета. Брусничный.
В основном девушка отдавала предпочтение приглушённым тонам, когда же сейчас видеть её в цвете «вишни» было удивлением.
Белая блузка свободного кроя подчёркивала хрупкость девичьих рук, а чёрный туфли на небольшом квадратном каблуке только усиливали худощавость ног.
Адель собиралась покинуть заведение, но совершенно случайно наткнулась взглядом на столик, что занимала компания парней. Она не хотела отвлекать их от беседы и, скорее всего, прошла бы незаметной, но на неё уже смотрели три пары глаз.
Пройти мимо и не поздороваться — это не в духе мисс Венсан. Тем более она ни за что не упустит возможность хоть несколько секунд поговорить с Генри.
— Привет, ребята, — улыбнулась Адель, подойдя к столику достаточно близко, чтобы почувствовать приятный запах мужского парфюма.
Нестройный хор приветствия прозвучал в ответ, и девушка с предвкушением дожидалась, что сейчас Генри отличиться от своих друзей и продолжит разговор. Однако секунды шли, а тишина только повышала градус неловкости.
— Круто выглядишь сегодня, — оценил Адам, и вновь заслужил хмурый взгляд Кинга. Последний очень надеялся, что другу не взбредёт в голову повторно упоминать свою бабулю из пятидесятых.
— Спасибо! — простодушно отозвалась девушка и ладонью расправила несуществующие сборки на своём сарафане. — Я сегодня оделась по-праздничному! — продемонстрировала бумажный пакет. — И решила в день рождения побаловать себя и друзей вкусными макарунами.
Парни переглянулись.
Генри в ужасе расширил глаза и отвернулся от девушки, что принялась доставать из пакета набор мини-макарунов. Ощутил себя также отвратно, как после рождественских каникул, когда Адель приготовила подарок, а он даже не задумался о поздравлении.
Нет, сейчас он ощущал себя в разы хуже. А взгляд Итана, что был направлен точно на него, только усугублял внутреннее самобичевание. Друг смотрел с нескрываемым изумлением, насмешкой и, чёрт подери, упрёком.