Девушка не видела себя продолжательницей дела семьи, о чём без раздумий сообщила родителям.
«Смелая», — с восхищением подумал Генри, когда она рассказывала о своих планах на будущее и компромиссе, к которому удалось прийти ей и родителям.
Луиза получит юридическое образование и займётся любимым делом, что уже приносит неплохой доход. Блогинг.
Мисс Лоуд — это не только украшение каждого дня Генри, не только поток радости, но и безграничная вера и поддержка. Именно благодаря девушке Кинг пообещал самому себе поговорить с родителями на летних каникулах и решить вопрос о будущем.
Впервые он был уверен, что всё получится. Потому что Луиза не позволяла сомневаться.
— Что это?
Вопрос девушки вынудил оторваться от линии её скул и опустить взгляд на руку, вокруг кисти которой был обмотан серый, порванный по краям платок.
— Адель забыла в аудитории, — ответил, разглядывая платок, который обнаружил под партой мисс Венсан. Она в спешке покидала аудиторию, видимо, боялась не успеть за короткую перемену оказаться в другом корпусе, и не заметила, как любимый платок развязался.
— Видимо, он ей очень дорог, — улыбнулась Луиза и провела пальчиками по платку. — Старенький, а она с ним не расстаётся.
— Кстати, сейчас подойдёт за ним.
Не стал заострять внимание на том, как застыл взгляд девушки. Понимал, что отношения между Луизой и Адель напряжённые из-за королевы драмы, и это напряжение так просто не спадёт.
Несмотря на приветливость Лу и безобидность Адель, между ними всегда будут стоять сцены прошлого, сплетни и высказанные в адрес друг друга претензии.
Тем не менее, Генри был рад, что перемирие наступило. Благодаря пониманию Луизы и отходчивости Адель.
Перемирие.
— Всем привет!
Парень оторвался от восхитительного изумрудного взгляда и посмотрел на дверь, в проходе которой показалась улыбающаяся мисс Венсан. Как всегда с улыбкой на губах и в приподнятом настроении.
Только Генри не мог знать наверняка, насколько искренне проявленные эмоции. Он часто терялся, пытаясь уличить девушку в фальши. В последнее время попытки сводились к фиаско, и Генри вовсе перестал угадывать истинное настроение девушки.
Поэтому и сейчас не стал заморачиваться и ответил улыбкой на звонкое приветствие. Ребята нестройным хором поздоровались с Адель, только Итан, не изменяя сегодняшнему себе, запоздал.
Поднял руку вверх, не отрывая головы от подголовника кресла и не открывая глаз, и помахал в приветственном жесте.
— Держи, — Генри протянул девушке найденный платок и заметил, как просияло её миловидное лицо.
— Большое спасибо! — сделала шаг вперёд, как если бы хотела обнять в знак благодарности, но увидев повисшую на плече парня Лу, неловко продемонстрировала кончик длинной косы. — Я слабо завязала платок, и даже не заметила.
Быстро завязала бантик из платка на кончике косы и, убедившись в безупречности узла, ещё раз поблагодарила.
— Слабо завязала, потому что сил нет, — проговорила Лу, кивая на тонкие руки девушки, хрупкость которых не скрывали широкие рукава светлого платья. — Вон какая хилая!
— Я хорошо питаюсь, — посчитала нужным сказать Адель и непонимающе посмотрела на Хизер, что испустила наподобие смешка. Однако быстро отвернулась, как если бы она ни при чём.
— Наверное, дело в генетике, — отозвалась Клэр. — У тебя в семье по женской линии все худышки, угадала?
— У меня нет семьи.
Адель не думала обижаться на неосведомлённость девушки. Напротив, даже стало радостно, что в Питерхаусе остались люди, что не интересовались её биографией. Не пытались узнать подробности «маньячки», что орудовала на первом курсе.
Клэр захлопнула рот, что прозвучало довольно громко в повисшей тишине зала, и неловко поджала губы.
Адель поспешила улыбнуться и похвалить точность замечания. Скорее всего худоба и исправный метаболизм — это наследственность.
Тихий стон нарушил тишину и заставил обратить внимание на Итана, что поглаживал указательным и средним пальцем виски.
Адам закатил глаза:
— Выпей таблетки и не мучайся.
— И как я без тебя не догадался, — огрызнулся парень. — Не помогают, прикинь?
— Всё потому, что по ночами спать надо, — не смог промолчать Митч, который уже как год делил одну комнату с товарищем. — Говорил же тебе: затея с логотипом группы не горит.
Итан резко вскинул голову:
— Митч, чёрт подери-и-и…
— Так, ты закончил с логотипом? — заинтересовался Генри и подошёл ближе к другу, не скрывая своего удовлетворения от неожиданной новости. — Чего молчал? Показывай!
— Я не…
— Цену себе набивает, — фыркнула Хизер, перебивая отговорки парня. — Будто в университете мало художников.
— Поговорим о твоей цене, а-а? Постой-ка, ты же идёшь с пометкой «сейл».
Всеобщий вздох был красноречивее всяких слов, и неприятели более ограничились не менее красноречивыми взглядами. Итан мысленно послал всех и вся к чёрту и достал из сумки скетчбук. Открыл на нужной странице и передал другу, что одобрительно присвистнул.
— Это набросок, — посчитал нужным пояснить, когда скетчбук «пошёл по рукам» интересующихся. — На днях перенесу в редактор и сделаю цифровую копию.
Не смотрел на лица «оценщиков» и не слышал похвалы, возможно, критики. Смотрел на свои пальцы, скрученные в своеобразный узел, и старался даже не думать.
Не думать о том, как рисунок окажется в тонких пальцах девушки, как прозрачные глаза рассмотрят изображение, как в русой голове сложится дважды два и тогда… Что?
Адель с благодарностью приняла скетчбук из рук Клэр и почувствовала, как улыбка застыла на губах. С ней редко такое случалось. Редко она забывала о необходимости скрывать искренние эмоции и нежелании демонстрировать то, что испытывала на самом деле.
Изумление. Неверие. Испуг.
Покажи ей издали рисунок, она узнает особенный почерк художника. Узнает мягкие линии, которых он не пожалел, когда рисовал её портрет, узнает острые, небрежные прикосновения карандаша к бумаге.
И почерк. Она узнает этот почерк из тысячи, потому именно столько часов провела, любуясь подаренным рисунком.
Адель кивком присоединилась к похвале, что не жалели ребята для Итана, и неверующе посмотрела на художника. В первое время ей хотелось узнать, кто не пожалел своего времени, наблюдая за ней, но талантливый человек более не проявлял себя.
Тогда Адель распрощалась с идеей лично поблагодарить человека, что делал её чуточку счастливее каждый раз, как она смотрела на рисунок. А смотрела каждый день, потому что поместила в рамку и поставила на прикроватную тумбочку.
Когда скетчбук вернулся в руки художника, он поспешил убрать «компромат» в сумку. Однако покинуть актовый зал не успел.
Адель осторожно присела на соседнее кресло по правую руку от молодого человека и наклонилась ближе, чтобы сквозь громкий разговор ребят наверняка её услышал:
— Если тебе не помогают таблетки от головной боли, то я знаю действенное народное средство.
Итан несколько секунд пялился на сумку, молнию на которой забыл застегнуть, и медленно перевёл взгляд на девушку. Она кивнула, как если бы списала его неподдельное удивление на неверие в народную медицину.
— Корень имбиря помогает, — подтвердила Адель. — Молодой человек моей соседки, Молли, как-то жаловался на мигрень, и я нарезала корень имбиря, добавила в кипящую воду, варила около десяти минут и, дав настояться, уговорила выпить. — не без гордости добавила. — Помогло! Приходи в любое удобное время, и я угощу тебя.
С улыбкой приняла отрывистый кивок за сомнительное согласие и, поднявшись на ноги, направилась к выходу. А Итан… Итан смотрел в спину удаляющейся девушки и единственное, о чём мог думать…
"Чёрт, какая же она прекрасная!"