Такая хрупкая. Такая маленькая. Такая невинная.
«Гореть мне в аду», — мысленно сокрушался, потому что именно такую хрупкую и невинную желал больше, чем мог себе представить прежде. Прежде, до поцелуя.
Открыл дверь в комнату Кинга и Линча, намереваясь положить тетрадку на стол и покинуть пристанище Ангела, как можно скорее. Однако замер на пороге сразу же, стоило в поле зрения показаться женской фигурке, что мерила комнату большими шагами.
Луиза резко обернулась на молодого человека, и в её глазах промелькнуло недоумение.
— Чего забыл?
Итан улыбнулся.
«До чего же милая девушка, аж-ж зубы сводит!»
Непременно бросил бы тетрадку на стол и поспешил покинуть комнату, но эти конспекты принадлежали Адель. Потому не позволил себе разбрасываться её титаническим трудом.
Прошёл в помещение и аккуратно положил тетрадку на стол так, чтобы Кинг не проглядел в обилии текстов и нот.
— Аналогичный вопрос.
— Я девушка Генри, — заявила Лу с таким достоинством, будто статус второй половины святого Кинга есть достижение всей жизни. — Имею полное право быть здесь.
Итан с усмешкой оглядел высокомерную особу и направился к выходу, однако особа неожиданно преградила путь:
— Почему ты принёс конспекты?
— А ты ждала кого-то другого? — невинно поинтересовался парень и серьёзнее уточнил. — Неужели Адель?
К его удивлению, Луиза не стала юлить. Пожала плечами и задумчиво уставилась на свои пальцы, обрамлённые золотыми кольцами:
— Было бы неплохо с ней поговорить. Знаешь, как девушка с девушкой.
— Как волк с ягнёнком.
Девушка улыбнулась и вновь удивила, когда приблизилась на шаг:
— Итан, мы же неплохо ладили, — вкрадчиво начала, заглядывая в непроницаемое лицо молодого человека. — Не понимаю, что произошло с тобой. Почему так ужасно обошёлся с Хизер?
— Потому что Хизер — сука. Её давно следовало приструнить.
— Согласна, она иногда перебарщивает, — кивнула Лу. — Но она же «наша». Наша сучка. Если возникли разногласия, то можно было решить тихо-мирно в нашей компании. Зачем заставлять унижаться перед чокнутой маньячкой?
— Ты хотела сказать: «Адель».
Улыбки на лице девушки, как не бывало. Красивые черты лица вдруг скривились, и озлобленное выражение стёрло любой намёк на привлекательность.
Луиза гневно прошипела:
— Эта стерва и тебя прибрала к рукам! — заходила взад-вперёд по комнате, ломая пальцы рук перед собой. — Ладно, с Генри всё было понятно с самого начала: у него в генах защищать униженных и оскорблённых, но ты… Итан, чёрт подери! Когда ты успел сдружиться с чокнутой?
Итан холодно улыбнулся:
— А я с ней не дружу.
Девушка перестала наматывать круги и подозрительно посмотрела на Фоулза:
— Но ты изменил своё отношение к ней.
— Адель ничего плохого мне не сделала.
Луиза сокрушённо возвела глаза к потолку и едва ли не топнула ногой:
— Генри готов был перестать со мной общаться из-за этой… Адель. До сих пор забыть не могу! По сей день он жалеет эту белую овечку: на неё не так посмотрели, не так про неё сказали. Чёрт! Да, я бы с удовольствием забыла о её существовании, но она вечно мелькает перед Генри!
Девушка бросила сомневающийся взгляд на Итана, будто прикидывала в уме: стоило или нет продолжать разговор. Всё-таки решилась, не найдя в ухмылке парня ничего подозрительного:
— Мне кажется, она к нему неровно дышит.
Итан громко рассмеялся. Нет, ему было не до веселья. Это глумливый смех. Смех на показ. Смех, которым хотел втоптать достоинство девушки в землю. Превратить в ничто.
Просто хотел поиздеваться над сукой, но не забывал об осторожности. В первую очередь об осторожности Адель.
Потому прекратил смеяться и с участием осмотрел девушку с ног до головы:
— Не знал, что ты страдаешь низкой самооценкой. Испугалась конкуренции?
— Ты про чокнутую? — поморщилась Луиза, как если бы не тряслась от страха быть отвергнутой из-за той самой «чокнутой». — Она-то конкуренция?
— Ну-у, вот, — кивнул парень и приблизился к суке настолько близко, насколько позволили рвотные позывы. — Ты же понимаешь: твоё волнение смехотворно.
— Я не волнуюсь из-за…
— … и правильно, — перебил девушку, не давая ей шансов вновь оскорбить Адель. — Генри не слепой, и видит разницу между тобой и…этой, — медленно опустил взгляд на вырез женского топа и демонстративно провёл языком по нижней губе. — Но я с радостью займусь тобой, если тебе наскучит по уши влюблённый «защитник униженных и оскорблённых».
Луиза прищурилась, вглядываясь в карие глаза напротив, и приблизила лицо достаточно, чтобы опалить дыханием губы парня:
— Даже не мечтай!
Самодовольно усмехнулась и покинула комнату в приподнятом настроении.
Итан в отвращении вытер губы, сохранившие тепло Лу, и медленно выдохнул. Говорить об облегчении рано, ведь успокоение Луизы не продлится вечность.
Рано или поздно ли она вновь устроит истерику из-за часто попадающейся на глаза Адель, сердобольности Генри и своей низкой самооценки. Только бы не «проспать» начало бури.