То, как он реагировал на подол задравшегося платья, на оголившиеся бёдра, что не прикрывались гольфинами, на столь провокационную позу, которая вводила девушку в искреннее недоумение, любопытство и предвкушение.
Поёрзала на кровати, чтобы не спуститься вниз по стене, и податливо подстроила губы для нового поцелуя. Ладони молодого человека заскользили по икрам, выше по бёдрам и не стали зарываться под тонкую ткань платья. Нет, ладони достигли тонкой талии, длинные пальцы пересчитали рёбра, и замедлили движение у лихорадочно вздымающейся грудной клетки.
Адель не отрывала взгляда от прикосновения и, точно в замедленной съёмке, следила за каждым новым действием Итана. Подушечка указательного пальцы одной руки невесомо обвела ареола, что оказалось сильно ощутимым сквозь ткань платья.
Нервные окончания обострились, иначе не объяснить реакцию тела на поглаживая сначала одного, затем двух пальцев. Они нежно кружились вокруг выпирающих сосков, которые не скрывал ни тонкий бюстгалтер, ни платье.
— Ты возбуждена.
Это вопрос или констатация? Не определившись, Адель всё-таки кивнула:
— Кажется, да, — неуверенно подняла взгляд на молодого человека. — А ты?
Итан тоже оторвал взгляд от груди девушки и улыбнулся, услышав столь забавный вопрос.
Обхватил пальцами лодыжку сомневающейся девушки и, коснувшись губами острой коленки, опустил стопу на выпирающую ширинку спортивных брюк.
— Кажется, да, — с нескрываемой хрипотцой в голосе пробормотал, не в силах отвести глаз от смущённой Адель. Она неловко улыбнулась и, поколебавшись, аккуратно перебрала пальцами ног, даже не догадываясь, что невинное баловство оказалось сродни активной стимуляции головки члена.
Втянул ноздрями воздух и почувствовал, как замерла девушка: то ли в нерешительности дальнейших действий, то ли в кропотливом наблюдении за его реакцией. Медленно переместила стопу ниже, ощущая кожей габариты мужского органа, и от неожиданности громко выдохнула, стоило только длинным пальцам сжаться в ответ на опалённой прикосновениями груди.
Неизвестно, кто не сдержался первый, но уже в следующую секунду девушка оказалась опрокинутой на спину, а Итан умудрился подобрать под себя хрупкое тельце. Зафиксировал лодыжки на пояснице, страстно ответил на толчки горячего языка и вызывающе потёрся вздувшейся ширинкой брюк о промежность девушки.
— М-м-м…
Итан медленно двигал бёдрами, претерпевая боль скованной одеждой эрекции, и ловил ртом горячее дыхание Адель. Она закрыла глаза, уткнувшись носом в щёку молодого человека, и не могла избавиться от ощущения онемения, что сковало всё ниже пояса. Хотелось скорее расправиться с этими ощущениями. Нестерпимо хотелось побороть онемение. Лихорадочно. Дико.
— Не могу-у… — вырвалось из горла прежде, чем Адель успела смутиться полу-стона, полу-плача. — Ита-а-н…
Парень проглотил прекрасные звуки, что срывались с припухших губ девушки, и ускорил движения бёдер. Теперь же ни о какой нежности не могло идти речи. Быстрое, жёсткое, отчаянное вбивание. Громкие, первобытные, нечленораздельные бормотания.
Член пульсировал, сжатый в тисках нижнего белья, чёртовых брюк, изнемогал от невозможности оказаться внутри горячего, узкого безумия. И девушка… Да, Итан воображал, насколько сильно она возбудилась, насколько сильно это возбуждение отразилось на нежной коже, что претерпевала имитацию грубого секса.
Сбавил темп, вновь прибегая к неспешному трению материала брюк о влажную промежность. Так нестерпимо хотелось приподнять подол платья до самого девичьего подбородка, а в идеале — вовсе снять, чтобы увидеть воочию то, что приносило наслаждение.
— Не останавливайся-я…
— Быстрее?
— М-м-м!
Сжал пальцами бёдра девушки и ускорил толчки до предела возможного. Казалось, кровать не выдержит необузданного вдалбливания в прекрасную девушку, что своими громкими вскриками довела до контузии. Безоговорочной капитуляции.
Кончил в брюки, ощущая, как горячее семя распространялось по ткани влажным пятном, и зажмурился, балансируя на локтях над девушкой. Поток наслаждения охватил всё тело: начиная от яркой вспышки в области поясницы и заканчивая приятным покалываниям в кончиках пальцев ног и рук.
Последующая волна неконтролируемого расслабления вынудила Итана перекатиться на свободный край кровати, чтобы не придавить хрупкую Адель своей массой. Казалось, сил не осталось на элементарное моргание.
Девушка зажала между ног подол платья, испытывая граничащую с болью пульсацию внизу живота, и не удержалась от стона, когда ладонь, удерживающая ткань в необходимом положении, накрыли мужские пальцы.
Адель сквозь пелену желания заглянула в тёплые-карие глаза и, немного помедлив, осторожно переместила руку на надплечье молодого человека, позволяя его пальцам медленно задвигаться.
Ему потребовалось несколько секунд, чтобы нащупать набухший клитор и погладить так, чтобы долгожданная разрядка настигла и девушку.
Адель громко застонала, уткнувшись лицом в плечо молодого человека, и бесстыдно зажала его ладонь между бёдер. Потому что необходимо. Потому что невыносимо желанно.
Сладостная нега распространилась по низу живота и заставила задрожать нервные окончания. Но это дрожь не предательское сокращение мышц, — это дрожь наслаждения, что лихорадило сердце, сбило дыхание и сделало кожу сверхчувствительной на прикосновения. Иначе не объяснить того жадного звука, что издала Адель, почувствовав нежный поцелуй в область шеи.
Ноги отказывались слушаться, но всё-таки удалось развести колени и смущённо улыбнуться при виде ладони Итана, что вытворяла совершенно немыслимые для сознания девушки действия.
Теперь же она знала, насколько это приятно.
— Ты ждал Клэр? — прошептала, сама не понимая, почему вдруг вспомнила о клавишнице музыкальной группы.
— Митч предупредил, что она может зайти, — сбивчиво пробормотал Итан. — Обычно я посылаю незваных гостей к чёрту, поэтому меня лучше предупреждать.
Адель улыбнулась:
— Я напросилась в гости?
— Ты всегда желанный гость, — улыбнулся в ответ и коснулся указательном пальцем линии светлых бровей девушки.
«Долгожданный гость», — мысленно исправился и продолжил любоваться особенной Адель.