— Нет, не прервала, — парировал парень. — Мы как раз закончили.
Поднялся на ноги и подошёл достаточно близко, чтобы Адель непроизвольно напряглась. Подобная близость не оставляла места для сомнений в тёплых взаимоотношениях, а эти отношения ни за что не должны стать достоянием сплетников.
Адель поспешила отстраниться и улыбкой попрощалась с незнакомкой, что ответила угрюмым взглядом.
— Кажется, я ей не понравилась, — сделала вывод, всё-таки продолжая путь до Оленьего парка. — Я никогда не нравлюсь людям с первого взгляда.
Итан вышагивал рядом с девушкой нога в ногу, но от подобного заявления чуть было не сбил заданный темп.
— Ты не очень наблюдательна.
— Да-а?
— Мне понравилась с первого взгляда.
Адель остановилась и, оторвав взгляд от пыльной тропинки, посмотрела на молодого человека. Оказывается, нравится кому-то очень приятно. Это воодушевляло и даже придавало уверенности.
Итану нравиться вдвойне приятно, потому что проявление симпатии раскрывало его с новых сторон. Каждый день — новое открытие, и девушка поймала себя на мысли, что предвкушает начало нового дня. Только для того, чтобы вновь встретиться с Итаном и подивиться контрасту между «Итаном на первом курсе» и «Итаном сегодня».
Без понятия, что промелькнуло во взгляде девушки, пока она раздумывала над поведением молодого человека, но он за считанные секунды приблизился достаточно, чтобы продлить зависимость.
Однако успела отстраниться прежде, чем поцелуй коснулся губ.
Итан выжидающе приподнял брови, заставляя скомкано оправдаться:
— Не хочу, чтобы кто-то увидел. Зачем лишние сплетни, ты так не думаешь?
Усмешка исказила губы и казалось удивительно, что минуту назад эти губы могли поцеловать.
— Действительно. Вдруг новость долетит не до тех ушей, да-а? Например, до Кинга.
Девушка вытерпела тяжёлый взгляд, хотя и чувствовала себя крайне неудобно перед Итаном. Он, как всегда, оказался прав, и не было смысла оправдываться в этот раз.
— Не волнуйся, — улыбнулся. — Не узнает.
— Спасибо.
— Могу снова называть тебя ёбнутой, чтобы рыцарь вступился за твою честь.
Адель внимательно смотрела на молодого человека и пыталась определиться, насколько сказанное им являлось правдой, а насколько ложью. Это же сарказм? Не определившись, пожала плечами:
— Если ты считаешь меня ёбнутой, то называй. Не могу же запретить? Только мне неприятно.
Продолжила путь до парка и, когда перед глазами предстало тюльпановое поле, отыскала лавочку. Удобное местоположение под размашистыми ветками дерева, что укрывали от ярких лучей солнца, было как нельзя кстати.
Присела на лавочку и положила на колени сулллолмку, сжимая пальцами ручки. Они дрожали, хотя старательно боролась с предательским сокращением мышц. Знала, что борьба заведомо проиграна, и не стала сокрушаться, когда плечо резко дёрнулось.
Обхватила плечи руками и с сомнением следила за приближением молодого человека. Он сел на лавочку на расстоянии вытянутой руки и задумчиво уставился на тюльпановое поле. Тишину прерывали шелест листьев, что дрожали под напором тёплого ветра, и мелодичное пение птиц.
Адель заслушалась прекрасной музыкой, но никак не могла расслабиться. Краем глаза следила за Итаном и пришла к выводу, что он обиделся на её невинную просьбу.
Искренне недоумевала: «Неужели ему хочется огласки?»
Да, и что сказать той же Молли, которая будет требовать подробностей.
«Мы целуемся», — мысленно репетировала свой ответ девушка и чувствовала, как от собственных мыслей становилось дурно. — «Я не влюблена в Итана, но проводить с ним время приятно».
Звучала крайне неправильно, но Молли оценит. А Генри? Генри разочаруется, как сама Адель претерпевала разочарование, раз за разом окунаясь в ту пучину неопределённости, что собственноручно организовала для себя и Итана.
— Я на следующей недели возвращаюсь в Лондон.
Адель кивнула, глубоко в душе даже радуясь такому развитию сюжета. За летние каникулы она научится контролировать поток, казалось бы, неподвластных ей эмоций. Тогда сможет противостоять очарованию Итана и вернуться в режим «ожидания чуда», под которым понимала возможное расставание Кинга и Луизы.
Если они расстанутся, то Адель будет рядом для поддержки молодого человека, и не будет ощущать груз вины перед Итаном.
— Ты задержался в Питерхаусе, — заметила девушка. — Твои друзья давно вернулись домой.
— Хотел подольше побыть с тобой.