— Ох-х, Адель, в тот ужасный день я потеряла несколько лет жизни. До сих пор трясёт от воспоминаний.
— Тогда не будем вспоминать плохое, — поспешила отозваться девушка и сама не заметила, как сжала пальцами ладонь миссис Фоулз, покоящуюся на коленях. Уже хотела было отдёрнуть руку и извиниться за нарушение личных границ, но женщина в ответном порыве сжала пальцы и улыбнулась:
— Как я рада, что моего сына окружают хорошие друзья.
Адель заставила себя выдержать искренний взгляд женщины, что смотрел на неё с нескрываемым одобрением. Это и приятно, и страшно одновременно, ведь называть взаимоотношения с Итаном «дружбой» — неправильно. То, что позволяли себе, оставаясь один на один, выходило за рамки «дружбы».
Неправильная дружба.
Адель и миссис Фоулз погуляли по саду около часа, пока остальные члены семейства не спустились к завтраку. Оказывается, на кухне во всю орудовали повар и домработница, которые приготовили яйца всмятку с беконом, овсяную кашу с ягодами на выбор и по всем стандартам ресторанов сервировали длинный стол на бесчисленное количество персон.
Итан к тому моменту успел покинуть комнату и заглянуть к гостье, спальня которой оказалась пустой. Только шлейф её парфюма не позволил забеспокоиться о возможном побеге.
Выглянул в окно и обнаружил двух жаворонков в саду: мать и мисс Венсан мирно беседовали, прогуливаясь вдоль цветущих красных роз. Судя по улыбке девушки, она не испытывала дискомфорта, потому Итан не посчитал нужным бежать на помощь и прерывать диалог.
В конце концов, мама обещала избегать в разговоре запретных тем. В остальном у него не было причин для волнения.
— Итан, мы уезжаем на выступление Люси, — предупредил отец, встретив сына в гостиной. — Не забудь пригласить на завтрак мисс Венсан, а то излишняя скромность доведёт её до истощения.
Парень усмехнулся:
— Не волнуйся, я лично её покормлю.
— Не замечал, чтобы ты был настолько внимателен к остальным своим друзьям.
— У меня к каждому другу индивидуальный подход.
Мистер Фоулз усмехнулся, и Итан поймал себя на мысли, что подобную усмешку видел не раз в зеркале. И подобное сходство каждый раз вызывало прилив радости и гордости. Стать похожим на отца — это лучшее, что мог с собой сотворить Итан в будущем.
— Ты не замечал, что у Адель… — мужчина неопределённо махнул рукой, будто подыскивая правильные слова. — … немного подёргивается туловище?
— Замечал. Думаю, это что-то мышечное.
— Последствия тяжёлого детства или…?
— Я не спрашивал, — пожал плечами Итан, на что отец поспешно кивнул:
— Всё верно. И не вздумай спрашивать: это ужасная бестактность, — прежде чем покинуть гостиную и поспешить отвезти дочь на выступление, добавил. — Если мисс Венсан сама заговорит о своей проблеме, и если это действительно проблема, то у меня на примете есть хороший врач-невролог.
Парень улыбнулся:
— Я услышал. Спасибо, пап.
Когда родительский автомобиль покинул территорию дома, а особенная Адель, наконец-то, покинула сад, Итан с нескрываемым предвкушением уселся за стол.
Только не обращал внимания на вкусный завтрак. Взгляд был прикован к девушке, что с широко распахнутыми глазами разглядывала содержимое стола и даже забыла поприветствовать молодого человека.
Тихое покашливание вынудило Адель оторваться от завтрака и посмотреть на притворно понуренного парня. Быстро осознала свою оплошность и немедля приблизилась достаточно близко, чтобы наклониться и коснуться губами свежевыбритой щеки.
— Доброе утро!
— Утро действительно доброе, — согласился Итан и перехватил руку девушки, чтобы уткнуться носом в её ладошку. — Ты пахнешь розами.
— Я влюбилась в ваш сад.
«А я влюбился в тебе, маленькая».
«Ещё сильнее влюбился в тебе, завтракающую в моей кухне».
Обхватил руками тонкую талию девушки и, не встретив с её стороны протестов, только чистое любопытство, аккуратно потянул на себя. Переместил ладони ниже, вдоль ягодиц, и задержал прикосновение на бёдрах.
Не мог оторвать взгляда от прекрасных прозрачных глаз, как и не мог побороть желания ощутить на себе хрупкую Адель.
— Садись, — прошептал, осторожно увлекая девушку на свои колени, но вовремя предвидел её действия, что немного не соответствовали его желаниям. Вместо невинного сидения на коленках, ухитрился усадить девушку так, чтобы острые коленки касались его боков, а тонкая ткань платья поднялась, как можно выше.
Адель обвила руками шею молодого человека и простодушно заметила:
— Довольно провокационная поза.
— Смотря, о чём ты думаешь.
Милый румянец на щеках девушки сделал утро поистине незабываемым.