достал из кармана носовой платок, после чего отбросил его, раздраженный
ароматом лаванды.
За двадцать минут до конца занятий в студии он решился спуститься вниз.
Люсьен поймал его взгляд, как только он вошел в комнату, и взгляд друга
ободрил Жоржа. Он заметил, что воспитатель любезно улыбнулся ему. Клирик,
без сомнения, размышлял об этом образчике добровольного смирения ученика,
который с этого времени собственноручно возложил на себя запрет выходить
из комнаты, дабы лишиться невинного удовольствия от курения. Жоржа
утешила эта улыбка: по крайней мере, хоть кто-то всё ещё был жертвой его
обмана.
Люсьен передал ему своё выполненное задание, для того, чтобы Жорж смог
сэкономить время, скопировав его. Впервые один из самых успевающих
мальчиков класса вынуждено копировал чужой латинский перевод. Но так как
он был вызван в самом начале занятий в студии, то в оставшуюся четверть
часа у него не оставалось времени для перевода упражнения. Переписывал он
быстро, меняя слова тут и там. На этот раз Люсьен оказался в состоянии
управиться и без помощи Жоржа: упражнение, представлявшее собой фрагмент
из Энеиды [эпическое произведение Вергилияи, посвященное истории Энея,
легендарного троянского героя, переселившегося в Италию с остатками
своего народа, который объединился с латинами и основал город Лавиний, а
сын его Асканий (Юл) основал город Альба Лонга.], имелось в карандашном
переводе между строк книги, подаренной ему Андре. В тот вечер, когда он
планировал крах Андре, Жорж копировал задание по математике,
приготовленное Люсьеном. Теперь, когда он заплатил за ту подлость, ему,
несомненно, будет разрешено копировать, даже из самого Андре.
Звонок прозвенел прежде, чем он закончил скандирование [выделение
составных частей стиха (стопы, слоги) ударениями], завершавшее
упражнение. Были собраны бумаги с заданиями. На самом верху своей работы
Жорж приписал: «Я находился вне студии у своего духовника, и не хватило
времени сделать скандирование».
Люсьен был возмущен тем, что рассказал ему в общежитии Жорж. Он не мог
принять, как можно позволить себе быть изгнанным простым Отцом Лозоном.
Нужно пойти и разоблачить себя перед настоятелем, и посмотреть, что
получится. В любом случае, только настоятель может принять подобное
решение. И кто знает, что он скажет, особенно после того, как Жорж
спросит об Отце де Треннесе. Возможно, он сочтёт поступить более
благоразумно, чем Отец Лозон. Пришло время принять часто предлагаемое
Отцом де Треннесом покровительство: оно могло оказаться более эффективным
в его отсутствие, чем рядом с ним.
- Жаль, - сказал Люсьен, - что Отца де Треннеса не было здесь в октябре
прошлого года. Если бы он был, то могу обещать тебе, что Андре до сих пор
находился бы тут. Воспитатель с чрезмерным пристрастием к грекам - это
особое провидение для колледжа, по крайней мере, для мальчиков. Ты только
должен быть в курсе, что его коллеги бессильны предпринять что-либо
против тебя. Случай с Морисом многое доказывает. Андре рассказал мне о
подобном случае, только я не помню, где это случилось.
- Главное - не быть обескураженным неудачей и не позволить запугать себя
угрозами. Не нужно никогда сдаваться. Помните, что сказано у Геродота -
мы переводили на днях? Пытайся снова и снова, и мы добьёмся успеха/.
Вроде того, как ты силой воли, упорно пытался подружиться с Александром,
или Андре со мной. И как только ты получил настоящего друга, ты можешь
столкнуться с кем угодно и с чем угодно. Тебя могут исключить. Возможно,
тебе придется ждать встречи год или больше - но ты сможешь вынести. Андре
прислал мне на пасхальных каникулах стихотворение об этом.
Жорж был благодарен Люсьену за отказ признавать реальные факты, но про
себя он уже принял решение. Опасения, испытываемые им вчера вечером,
оправдались. В трапезной улыбка Александра сияла как никогда, но когда
Жоржу удалось ответить улыбкой, то ему стало тяжело на сердце: он был
уверен, что между ними всё было кончено.
Считая себя более прозорливым, чем Александр, он также считал себя
сообразительнее Люсьена. Дружеский совет Люсьена не равнялся по качеству
совету отца Лозона относительно его будущего чтения: определённо, поводов
для оптимизма было намного меньше, чем причин для смирения. Прежде всего,
Жорж не мог воспользоваться случаем с Отцом де Треннесом перед
настоятелем. После того, как он сделал всё возможное для оправдания