Жорж опять переживал те минуты, которые стали для него наградой. Он все
еще ощущал локоть мальчика у своего локтя, маленькую руку в своей руке.
Он мог снова разгадывать взгляд мальчика и повторять его слова: «Очень
мило с его стороны сказать такое». Прежде всего, теперь тот мальчик
обладал христианским именем, на котором можно было задерживаться,
наслаждаясь им; это имя, казавшееся особо избранным, было способно
связать того мальчика с его тайным миром; этим именем можно было вызывать
его из глубин сегодняшней жизни, как из глубин легенд.
Это стало, некоторым образом, достойнейшим завершением серии чудес. Тот
статир Александра Великого из домашнего шкафчика с античными монетами,
был самым красивым в коллекции; именно он вдохновил Жорж на эссе о
Греции. Кроме того, в его «Истории Античности» имелась замечательная
фраза: «Александр, сын Филиппа, славился своей красотой». Сын Филипп? Сын
врача? Александр был сыном Юпитером: Разве не так предсказал Оракул?
Жорж не жалел, что христианское имя мальчика отличается от его
собственного, из-за чего он счёл его более утончённым. Он даже стал
отдавать предпочтение имени Мотье над именем де Сарр. Хотя, его не
волновало, что Морис разоблачил его социальное положение и титул.
Возможно, это позволит слегка приподняться в глазах того, кто был изумлён
его положением, и перед которым он стоял в таком смущении? В тот вечер
Жорж пошел и сказал отцу Лозону, что после зрелого размышления принял
решение присоединиться к Конгрегации. Святой отец торжествующе улыбнулся
и взял его за руку.
- Я очень рад этому решению, ради твоего же блага, - сказал он. - Это
откроет для тебя путь к великому счастью. Как ты знаешь, я уже давно
считаю, что твое место - быть среди нас, но я не мог не уважать твои
причины выжидания - причины, весьма достойные уважения, хотя, на мой
взгляд, излишне щепетильные. Поэтому я, конечно же, ждал; я ничего не мог
поделать, и был скован тем, что Пресвятая Дева призывает ждать ещё
дольше. Это невозможно, чтобы хороший ученик не стал Ребёнком Девы Марии.
Это, одновременно и подлинный венец благочестия, и лучше способ добиться
хорошего результата в учёбе. К примеру, ты должен помнить бедного
Блажана: несмотря на всё его рвение, он так и не смог принять решение
присоединиться к Конгрегации; как следствие, он заболел и потерял год
своей школьной жизни.
- Я вынужден был колебаться, чтобы не стать опрометчивым, и считал, что
его провокационное отношение будет должным образом наказано, но я не могу
не изумляться подобному совпадению. Это похоже на другой факт, который ты
сможешь проверить сам: какой бы пасмурной не была погода, солнце всегда
светит по субботам, даже если оно появляется всего на несколько минут.
Как ты знаешь - суббота священна для Пресвятой Девы. В этом случае было
бы несерьёзно, даже опрометчиво, приходить к какому-нибудь определенному
выводу, поскольку для этого существует бесконечное множество причин,
которые важнее следствия; но это еще одно совпадение такого же порядка, и
я ограничусь лишь изумлением и любованием подобным.
Жорж спросил, сможет ли он поприсутствовать на следующем воскресном
заседании в церкви.
- Ты продемонстрировал столько рвения, что я пойду на то, чтобы избавить
тебя от обычного периода наблюдения: следовательно, ты сможешь прийти в
следующее воскресение. Конечно же, ты знаешь, что новички сначала, без
всяких церемоний, становятся претендентами и только потом, через три
месяца - полноправными членами, согласно установленным правилам. То есть,
после трех месяцев, но я сокращу испытательный период в твою пользу.
Он справился с календарём на своём столе.
- Сегодня 20 февраля. Следовательно, согласно правилам, твой
окончательный прием не должен случиться ранее 21-го мая. Однако я уверен,
что ты предпочёл бы, чтобы это случилось в месяц, посвящённый Той, чьим
ребенком ты стремишься стать. Следовательно, мне хотелось бы провести
твой полный и официальный приём преждевременно, в воскресенье 30 апреля,
которое является кануном месяца Марии.
Он добавил:
- Надо ли говорить, что ты, естественно, постараешься не разочаровывать
доверие, которое я к тебе испытываю. Особенно, когда ты взвесишь то, как
я сократил твой период ожидания более чем на две недели. Я никогда не
делал этого прежде, и должен просить тебя не говорить ничего и никому,