мы не делаем ничего плохого! Из-за того, что они называют наши желания
аморальными; они думают, что у них есть право лишать нас этого! Ну, пусть
только попробуют обыскать меня в поисках записок, и всё тут! Я буду
бороться, царапаться и кусаться!
Для того, чтобы мальчик на миг выбросил из головы эти события, Жорж
достал из кармана коробку конфет и отдал её Александру: они вдвоём съели
несколько штук, а затем Жорж сказал:
- Ты ничего не рассказал об отце Лозоне.
- Я не очень беспокоюсь насчёт него. Естественно, он был вовлечен. Я
долго беседовал с ним, в качестве вознаграждения за то, держал рот на
замке с другими. Из-за этого у меня и появилась возможность прийти: этим
утром он посылал за мной. Я не знал, разрешат ли мне покинуть комнату во
время вечерних занятий, и поэтому сказал ему, что хочу поговорить с ним
сегодня вечером. Затем мне удалось затянуть разговор до шести, как я
сделал в прошлый раз после исповеди. К тому времени я сумел закончить мои
задания, хотя с небольшими помарками, но быстро. Я стараюсь аккуратнее,
чем обычно, готовить свои уроки, и, как оказалось - я прав, теперь мне
задают вопросы на каждом уроке: они помещают меня к позорному столбу.
- Если вернуться к отцу Лозону, то он упрекнул меня за, как он сказал:
«неполную исповедь», на том основании, что я занимался «заслуживающими
порицания интрижками, о которых он ничего не знал» - это его слова, а не
мои. Он, кажется, явно ревнует. Я сказал ему что я этим не занимался, что
в своей душе и на своей совести не чувствую какой-либо вины, так как в
«интрижках», о которых идёт речь, совсем не виновен, и поэтому,
следовательно, не видел никакой необходимости упоминать. Он ответил, что
из-за любого умолчания о тяжком грехе, я, по крайней мере, совершил
непослушание, потому что нарушил правила; и что я в открытую восстаю
против своих учителей, родителей, Бога, и et vitam aeternam [вечной
жизни, лат], аминь. Он заявил, что я - великий грешник, камень
преткновения [крылатое выражение, обозначающее препятствие на пути к
достижению какой-то цели. Первоначально выражение «камень преткновения»
встречается в Ветхом Завете в Книге пророка Исаии, где Бог говорит о
себе: будет Он освящением и камнем преткновения, и скалою соблазна для
обоих домов Израиля(Ис. 8:14)]. Он, по правде говоря, грозил запретить
мне причащаться, но я остановил его: я сказал ему, что напишу кардиналу, и даже Папе.
- Я подумаю, как нам лучше поступить, - сказал Жорж, - и дам тебе знать,
оставив записку для тебя в трапезной, как обычно. В любом случае, ты
можешь рассчитывать на меня: чтобы я не решил, верь мне. Может быть, мы
не сможем видеться друг с другом в течение некоторого времени; не бери в
голову - помни, что я скажу здесь и сейчас в твоём присутствии - слова,
которые говорили юноши в Афинах: «Я никогда не брошу товарища в битве».
Александр положил голову на плечо Жоржа, и, вкрадчивым тоном, который
вовсе не был его обычным способом изъяснения, произнёс:
- Ты не спросил меня, что я написал в своей записке, и я чуть не забыл
вам сказать:
Если ваши слова были ласками, то мои взгляды - поцелуями...
Он улыбнулся, как будто сказал что-то непозволительное; и убежал.
Когда Жорж вернулся в студию, воспитатель бросил на него вопросительный
взгляд и указал на ближайший к своему столу угол. На мгновение Жорж
подумал, что это наказание связано с делом Александра, но почти сразу
успокоился: Отец показал на часы, продемонстрировав, что он, как
оказалось, совсем позабыл о времени. Он выходил под предлогом головной
боли, но это и оправдание имеет свои пределы. Накажут ли за это и
Александра?
Стоя со скрещенными руками и лицом к стене, Жорж вслушивался в звуки,
происходящие позади него в студии: закрывающиеся книги или столы;
линейки, падающие на пол; стук ручек, погружаемых в чернильницы; скрип
перьев по бумаге. Большинство других мальчиков были, конечно же, рады
видеть его торчащим там, ибо он никогда еще не был наказан. Но наказывали
ли хоть одного из них за дело, которое было настолько близко связано с
письмом к Папе?
Жорж подумал о Люсьене, единственном, кто ему сочувствует, и
единственном, кто владеет его тайной. Несомненно, воображение Люсьена,
благослови его, поработало, объясняя такое долгое отсутствие Жоржа. Также
несомненно, что он провел время, копируя упражнения по латыни для Жоржа.
Так как он никогда не верил, что может случиться худшее - он провел день,