- Пошла вон! – закричала я, выходя из себя от страха и отчаяния, - что тебе от меня нужно, обезьяна крылатая?
Воцарилась тишина. Горгулья замерла, прислушиваясь. Она таращилась вперед и вращала огромными янтарными глазами. Но как бы тварь не силилась, она не могла разглядеть нас сквозь иллюзию стены. А вот я её отлично рассмотрела. Жуткое создание! Тело - гора мышц, клыки закручиваются вверх, как у кабана бородавочника, рога торчат как у чёрта, когти словно острые клинки, а хвост – длинный кнут. «Этим кнутиком разок по мне хлестнет, и нет больше Рарисимы Игоревны», - пришла в голову невесёлая мысль.
Воспользовавшись временным затишьем, я присела к Дану и, приподняв окровавленную голову, влила ему в рот синюю жидкость. Глаза приёмного отца резко распахнулись, и он шумно выдохнул.
- Забористая настойка, - хрипло прошептал он и закашлялся, - Рарка, дай мне десять минут, и я стану как новенький.
И в этот момент горгулья с новой силой обрушилась на гору.
- Нет у нас десяти минут. Летучая тварь решила похоронить нас живьем. Давай-ка выпей ещё за папу и за маму, - с этими словами я насильно влила в рот слабо сопротивляющегося Данияра содержимое второго пузырька.
Скривившись, приёмный отец отчаянно замотал головой, но со мной, когда я настроена решительно, не поспоришь. Вскоре и третий пузырёк был пуст, а приёмный отец выглядел почти здоровым, не считая лица синего цвета и общей слабости от потери крови.
Каменное же чудовище сменило тактику. Теперь оно не билось о стену, а бесновалось на вершине горы, стремясь разрушить пещеру.
Стены гудели, а камни сыпались на нас без остановки, кое-где на потолке появились мелкие трещины.
- Может, уберемся отсюда порталом, – с надеждой посмотрела на Данияра, прикрывая голову от ударов.
Отец, пошатываясь, встал, оглядел потолок и покачал головой.
- Не получится. Когда-то, желая обезопасить сокровищницу от проникновения чужаков, я попросил Эмануэля наложить запрет на любые порталы. Эх! Побратима бы сюда сейчас. Убить горгулью можно только магией, - вздохнул Данияр, отряхивая волосы от мелких камней и пыли.
- Так давай позовём его! Кстати! – я замерла в раздумьях. - Почему я всё время забываю об Эме, и вспоминаю только тогда, когда кто-нибудь заговорит о нём?
- На тебя наложено заклятье на потерю памяти.
- Что? – возмутилась я. – Кто посмел?
От важного разговора нас отвлёк новый мощный удар. Он был такой силы, что пол заходил ходуном, а в глубине пещеры что-то с грохотом упало.
- Эмануэль! – закричала я по мысленному каналу связи,- Эм! Нам срочно нужна помощь! Спасай!
Ответом на мои истошные вопли было лишь эхо. Друг был вне зоны доступа.
Чёрт! Где он ходит, когда так нужен? Придётся нам с Данияром рассчитывать только на себя.
Глава 35
Приёмный отец ушёл к стеллажам с сокровищами в надежде найти хоть что-то способное нам помочь, а я села напротив входа, и погрузилась в размышления о поиске выхода из сложившейся ситуации. Горгулья, гневно сверкая глазами, опустилась на ступеньки напротив меня и затихла. Подперев кулаком уродливую голову, она отдыхала, давая и нам возможность прийти в себя.
«Что ж ты страшная-то такая?» - думала я, рассматривая каменного монстра.
Словно услышав мои мысли, горгулья повернула ко мне голову и зарычала, злобно оскалившись.
«Как же нам тебя обезвредить? – мысленно разговаривала я с чудовищем, сидевшим напротив меня, - А что если снова обратиться к солнышку, помогло же оно справиться с лазурным драконом. Вдруг опять сработает?» Попытка не пытка. Я шёпотом произнесла слова молитвы, и моё солнце вспыхнуло ярким светом, осветив всё вокруг, коснулось горгульи. Но та лишь передёрнулась, словно её пощекотали, и выразительно посмотрела в мою сторону. Ручаюсь, её морда сейчас злорадно ухмылялась. Зуб даю, она слышит мои мысли, а, следовательно, она разумная и с ней можно договориться.
- Скажи, что тебе от меня нужно? – громко спросила я, подойдя к самому выходу, но не выходя из убежища.
Ответом мне было многозначительное рычание. Я повторила свой вопрос, но уже мысленно, так же как связываюсь с отцом и Эмануэлем.
Жуткий монстр встал, расправил перепончатые крылья и подошёл вплотную к входу. В его глазах появился интерес.
- Ты понимаешь меня? – снова спросила я по мысленному каналу связи.
Горгулья медленно кивнула.
- Хочешь есть?
Лицо у крылатой обезьяны удивленно вытянулось. И она едва заметно кивнула.
Лёд тронулся! Ура! Я так собой гордилась, словно была первой женщиной, которая приручила дикое животное.
Подняла с пола корзинку, наполненную вкусностями, которую нам с Данияром заботливо собрала Наида, извлекла пару пирожков и бутылку с соком для нас, а всё остальное вместе с корзинкой ногой вытолкнула из пещеры наружу. Горгулья опустила голову, посмотрела вниз, затем подняла на меня янтарные глаза и удивлённо моргнула. Несколько раз.