— Черти, не могли дать еще немного подремать. – Алиша неуверенно свесила ноги с кровати и окинула меня подозрительным взглядом. — Слушай, а ты где ночью такую прелесть раздобыла? — и указала пальчиком на то, что сейчас валялось бесформенной кучей в ногах.
— Так это не ты меня накрыла? — удивленно посмотрела на дверь, у которой не было никакого замка, и перевела взгляд на соседку. — Чем подпирать будем?
— Чем-нибудь потяжелее. И ведь я даже не проснулась, хотя сон всегда очень чуткий.
Мы обе косо взглянули на плед, но второй пронзительный писк заставил забыть о ночном визите и сжать уши руками.
— За окном еще солнце толком не встало, зачем они так рано будят? — проворчала себе под нос и поплелась умываться. Дверь закрыть не успела, следом влетела соседка и начала ускоренно чистить зубы.
— Утренняя разминка, опоздавших заставляют заниматься на двадцать минут дольше. Не советую копошиться, видела я это в действии — жуть. — девушку передернуло.
Без понятия, что такое она там увидела, но решила поспешить.
Через пять минут раздался еще один визг, но к тому времени мы уже влились в толпу студентов. Подозрительно бодрых студентов. Особенно рвение проявляли девушки, некоторые буквально на ходу пытались размазать по губам подобие помады. Что ж, ясно, видимо тот, кто проводит утреннюю разминку, либо страшно красив, либо страшно богат. А может быть и то, и то.
Площадка для разминки располагалась за общежитием, и человек сто достаточно шустро выстроились в шеренгу по два человека, благо огромное пространство, мощенное плиткой, позволяло.
— Всем доброго утра!
Уголок губ нервно дернулся. Только не это. Господи, ну за что?!
Константин стоял в десяти метрах впереди нас со сложенными на груди руками. Одет он был практически так же, как и мы, но при этом сильно выделялся статью и литыми мышцами, которые даже свободная одежда скрыть не могла. Надо же, а на моей планете даже небольшой животик имел.
— Отлично, в этот раз никто не опоздал, значит, можем начинать. Три круга, максимальное время десять минут.
Все перешептывания моментально прекратились, даже сверчок от неожиданности заглох.
— Но вчера за пятнадцать даже половина не пришла. — раздалось робкое возражение из толпы.
— И все помнят, что они делали потом. Еще есть возражения? Возражений нет. Чего встали? Вперед!
Толпа хаотично развернулась налево, и мы побежали, будто стадо слонов на водопой, толкаясь локтями и шипя на таких же наглецов.
Когда мы завершили первый круг, бежать стало свободнее, ведь приличная масса отсеялась, но около сорока людей и нелюдей уверенно держали темп, ведь только на треть пути мы потратили четыре минуты, а силы таяли очень быстро.
Никогда не любила бег..
Когда до финиша оставалась половина круга, мы с Алишей уже нагнали тех, кто только ко второму подбегал, эти точно не успеют, хотя они и продолжали усердно передвигать ногами, дыша, словно курильщики со стажем.
Мы только пересекли черту, как раздался свисток. После такого забега нельзя было сразу останавливаться, но очень тяжело заставить разгоряченное тело медленно ходить, хотелось выпить ведро воды и шмякнуться пластом на прохладную плитку. Лучше, конечно, наоборот, но ни то, ни другое, было недоступно.
Позволила себе остановиться и опереться руками на колени, чтобы перевести дух, но над ухом раздался оглушающий свист, от чего дернулась и потеряла равновесие.
Сижу на попе и смотрю на довольного Энрулана.
— Встать, студентка, вам никто не разрешал останавливаться, и уж тем более садиться. К глупым существам тут медика не вызывают.
Стиснула зубы и встала.
Если на Земле мне пару раз удавалось уложить наставника на лопатки, то тут, боюсь, ничего не выйдет, сейчас он совсем не похож на себя прежнего, а значит отставить глупое желание дать в глаз местному физруку. Во всяком случае, пока.
Встала, будто старая кляча, и пошла дальше по кругу, пытаясь немного нагнать еле идущую Алишу.
Нам дали отмашку на перерыв когда до финиша дошел последний бегун, а после разрешили уйти только тем, кто уложился по времени. Таких было всего тридцать существ, над остальными продолжалась экзекуция.
Мимо нас пробрела хрупкая брюнетка с толстенной косой, у нее то и решила уточнить некоторые моменты.
— Слушай, а если тут занимаются не только первокурсники, то почему остальные не прошли дистанцию?
Она окинула меня безразличным взглядом, но ответить все же изволила: