Время есть, посадил Егора учить язык будущего, эсперанто. Гипнообучение. Для пользования нейрокомами он необходим. Десять минут, и тот обучен. Проба прошла хорошо, прибор работал штатно. Убрав его, покинул мех. Паспорт был при мне. Пешком по лесной дороге дошёл до нашего коттеджного участка. Элитного. Прокурорские ещё там были. Подойдя к распахнутым воротам, я услышал вопрос от бойца, что тут стоял:
— Вы к кому?
— Вообще-то это мой дом. По какому поводу вторжение? К слову, адвоката своего я уже вызвал, скоро будет.
— Тут неизвестный пришёл. Говорит — хозяин, — сообщил тот в микрофон рации.
Народу во дворе хватало, часть бойцов отправили в автобус греться, а меня провели в дом. Особо тут ничего не ломали, двери не заперты были. Мы устроились на кухне, я, кстати, чайник поставил, и старший следователь, изучив мои документы, пояснил причину их тут появления. Я все это и так знал, поэтому сообщил:
— К вам претензий я не имею. — Они заметно расслабились. — Это ваша работа, вы действовали согласно закону, так что с моей стороны возражений нет. Как видите, я действительно Олег Буров, и никем иным не являюсь.
— Ваша жена была достаточно убедительна и предоставила вот эту фотографию, — протянул тот мне снимок. — Да и выглядите вы молодо, как на фотографии в паспорте.
Изучая снимок, что тот мне дал, а на нём был я пятнадцати лет примерно — снимку месяц, не меньше, мы только-только начали веселиться в Русско-японскую, значит, раньше тот детектив частный следить за мной начал. Да и видно, что снимок с дальнего расстояния сделан.
— Бывшая жена, — поправил я следователя. — На фотографии мой сын, незаконнорождённый. Одну ночь провел с девушкой, когда курсантом военного училища был. О ребёнке я не подозревал, узнал два месяца назад.
— Вы военный?
— Был, сейчас в отставке. Подполковник, был начальником особого отдела армейского корпуса. По поводу моего, скажем так, свежего вида, то я прошёл косметические процедуры. Сейчас подъедет мой адвокат, он подтвердит мою личность, мы сотрудничаем больше семи лет, он меня хорошо знает. Да и сосед справа тоже, не раз вместе на охоту ездили.
— Подождём адвоката. Кстати, а где вы были?
— Обычная прогулка, люблю, знаете ли, прогуляться вот так ночью по заснеженной дороге. Да и погода сегодня чудесная.
— Это да, ветра нет, морозит хорошо.
— К слову, моя бывшая супруга звонила недавно, просила оплатить ей подобные омолаживающие процедуры. Я отказался. Думаю, всё это она устроила из мести. Да и поняла, что парнишка мой сын, сходство несомненное, а дурой она никогда не была. Нет, она дура, но думать умеет.
— Интересная интерпретация.
— Правда жизни.
Тут к нам зашёл мой адвокат, тот всё подтвердил, у него документы тоже проверили, и сотрудники прокуратуры отбыли, а адвоката я напоил чаем и уложил спать наверху. Нечего пожилого человека на ночь в дорогу отправлять. Правоохранителей я проводил и пообщался с любопытным соседом, тот всё к себе не уходил, рассказал ему, как так вышло. Тот сказал очевидную вещь, мол, всё зло от баб, и ушёл к себе. А я, дистанционно управляя, перегнал мех обратно и поставил на место, парни и девчата отправились по спальням. Но сначала Нина и Ольга, жена Толи, помогли прибраться после нашествия. Да и остальные девчата чуть позже спустились, пошептаться между собой. Вообще спален хватало, у меня их наверху шесть, включая мою хозяйскую.
В полночь и мы отправились спать.
Утром, накормив нашего адвоката, мы отправили его в Москву, а сами сели за стол в большом зале на первом этаже.
— Знаете, вчерашнее происшествие — это знак свыше, — сказал шурин. — Предлагаю изменить планы.