— Я пришёл с миром. Нужно кое-что выяснить, и я думаю, ты сможешь мне помочь.
— Мы знакомы?
— Очень давно. Кстати, не советую делать глупостей, всё равно не получится. Причина, почему я пришёл, в двух девушках, знакомство мимолётное, но некоторую ответственность за их судьбу я чувствую. Хотелось бы успокоить свою совесть и узнать, всё ли с ними в порядке. Один твой звонок позволит выяснить всё, что нужно.
— И только?
— Да.
Тот несколько секунд пристально меня рассматривал, после чего сказал:
— Агапов. Один из участников нашумевшего побега командиров из лагеря военнопленных под Щецином. Я помню твоё фото из ориентировок по поиску. Ты перегонял субмарину.
— Хорошая оперативная память, хвалю.
— В последний раз замечен двумя девушками-связистками в Подмосковье. Опознан.
— Вы и это знаете?
— В сводках было. Именно эти девушки и интересуют?
— Да, именно они.
Тот подошёл к телефону в прихожей, это параллельный аппарат, второй в кабинете старшего майора госбезопасности. Связавшись с дежурным по управлению, тишком узнав у меня данные девушек, он приказал быстро выяснить, где те сейчас, и немедленно сообщить информацию на его домашний номер. После этого положил трубку обратно. Я со своего места отлично слышал голос с той стороны, действительно звонил дежурному. Я его, кстати, хорошо знал.
— Отлично. Ну что, пообедаем, я там разогрел всё, раз твоя супруга отсутствует. Сам я поел уже, чайку только попью. Он у тебя замечательный, настоящий китайский.
Пока Судоплатов обедал, я задавал вопросы, некоторые с подковыркой были, а я чайком баловался. Тот попросил рассказать, как в плену оказался, как бежали. Мы оба звонка ждали, время было, так что я описал тот хутор с польскими бандитами. Как форму с диверсанта взял и его документами воспользовался, как Кобрин отстаивали и сколько легкобронированной техники покрошили. С два десятка точно будет. Потом как в плену оказался, дорогу, Щецин, и как разрабатывал план побега. Судоплатов вполне профессиональные вопросы задавал по всем нашим действиям. Как побег произошёл, как субмарину отбили, но я в этом не участвовал, как крейсер и два тральщика на дно пустили. Потом рейд к Кронштадту. Как меня выпнули за оцепление, как отправился в Москву, где меня ретивый особист опознал. Как ушёл и отправился ловить диверсантов, мне их «юнкерс» был нужен. Ну и про встречу с девушками. Скрывать не стал, что я генерал, друг его копии из другого мира, изложил ход войны, где что будет. Я столько доказательств привёл из жизни Павла, что тот мне поверил.
— Почему ты мне всё это рассказываешь? Тебе же в подкорку должно быть вбито, информацию такого уровня не выдавать.
— Понимаешь, Паш, в первом мире действительно всё серьёзно было, до генерал-лейтенанта дослужился. Потом второй мир, третий, десятый, и как-то на всё это уже болт забил. Да по хрену мне на всё это.
— Болт?
Я показал рукой, продолжая:
— Это для вас история творится, а для меня пройденный этап. Кстати, ты записывай, я многое по твоему отделу помню, ты сам рассказывал. Где провалы были и почему, кто виноват, и где успехи.
Тот достал тетрадь и записывал за мной, я много надиктовал, на две тетрадки. Наконец зазвенел телефон, два часа просидели на кухне. Тот ответил и стал записывать.
— Нашли, — протягивая мне листок, сказал он.
— Не нужно, я всё слышал и запомнил, — с хмурым видом сообщил я. М-да, новости не радовали.
Информация, что дал дежурный, мне действительно сильно не понравилась. Нет, ничего к ним не применяли, допросили, те честно всё описали, но им не особо поверили и отпустили, но на всякий случай развели служить в разных частях. Проблема в том, что обе части за Юго-Западным фронтом числились, и этот фронт немцы недавно взяли в окружение и перемололи. Значит, девчата, если не погибли, сейчас в плену. А ведь тот старлей-связист явно знал. Если встречу, то по почкам настучу, чтобы информацию не утаивал. Что ж, помогу, хотя некоторое время на поиски и придётся потратить.
— Ладно, я пойду, — обдумывая новости, сказал я. — В каких частях девчата служили, известно, на месте их найду.
— Думаешь, сможешь освободить из плена?
— Если живы, то легко. Может, ещё кого освобожу. Устрою массовый побег. Ладно, Паш, бывай, — я протянул ему ладонь.
— Ещё встретимся? — он вопросительно посмотрел на меня.
— А вот это вряд ли.
Мы крепко пожали друг другу руки, и я, покинув квартиру и дом, быстрым шагом пересёк двор и скрылся в подворотне. Вскоре трамвай доставил меня на окраину. Я проверил, за мной не следили. После этого добрался до меха и скрылся внутри, где просто отрубился на койке. Нужно выспаться, ночью направлюсь к Киеву.