Однажды, услышав внизу шум, Наденька спустилась на первый этаж и увидела, что Антонина уронила поднос и разбила посуду.
— Что вы такая неуклюжая, Антонина? Пол паркетный поцарапали, — сделала ей замечание Надя. — И вообще в последнее время вы что-то очень рассеянны.
Антонина в ответ нагрубила хозяйке.
Наденька сдержалась, не стала отчитывать прислугу, а отправилась в свою комнату, уговаривая себя:
«Главное сейчас — выдержка! Я расправлюсь со своими врагами. Выгоню Антонину и ее напарницу и во что бы то ни стало найду общий язык с Беллой Леонидовной. Ведь она же мать Альберта, и я обязана поддерживать с ней хорошие отношения».
Вскоре судьба сделала Наденьке подарок. Альберт уехал куда-то по делам, а Антонина с напарницей закрылись на кухне. Услышав слабое звяканье колокольчика, который дал Белле Леонидовне Альберт, и сообразив, что на кухне его не слышно, Наденька отправилась на второй этаж. Она с волнением открыла дверь спальни свекрови.
Белла Леонидовна изо всех сил трясла колокольчиком, пытаясь дотянуться до стакана с водой.
Наденька изобразила лучшую из своих улыбок и нежным голоском произнесла:
— Белла Леонидовна, вам что-то нужно?
Пересохшими губами Белла Леонидовна прошептала:
— Пить хочу, Антонина далеко стакан поставила.
Наденька напоила ее, поправила постель, удобно подложила подушку под спину и собралась уйти, но Белла Леонидовна прошептала:
— Не уходи, посиди со мной. Почитай мне что-нибудь.
Наденька растаяла.
— Я с удовольствием.
Возвратившийся Альберт застал мирную картину в спальне матери.
Белла Леонидовна, сидя в кровати, слушала рассказы Зощенко и смеялась. А Наденька в лицах забавно изображала литературных героев автора.
Изумленный Альберт, увидев повеселевшую мать, растрогался. И тут же поинтересовался, где Антонина.
Белла Леонидовна рассказала, как безуспешно звонила в колокольчик.
— Если бы не Надя, я бы умерла, — прослезилась она.
Наденька подлила масла в огонь, сообщив Альберту, что домработницы закрылись на кухне и, видимо, чаевничают.
Взбешенный Альберт ворвался в кухню и немедленно уволил и Антонину, и ее напарницу.
Глава 35. Поездка к Серафиме
Наши дни, Москва
Недаром говорил Шекспир, что клятвы, данные в бурю, забываются в тихую погоду. Несмотря на страх и заверения, данные во время проведения спиритического сеанса, и самое главное — грозное предупреждение духа, ни один из жильцов особняк не покинул. Даже Павлина.
Костик через своего знакомого журналиста достал адрес Серафимы Поликарповой, бывшей одноклассницы и домработницы Надежды Барятьевой, а вот ее телефона в телестудии почему-то не было. Павлина вызвалась свозить Александру к Серафиме.
И вот вскоре бледно-розовый «Лексус» трясся по ухабам неровной дороги.
Старинный русский городок с возвышающимися башенками церквей появился неожиданно из-за высоких сосен. Проехав вдоль небольшой речушки, Павлина, следуя навигатору, свернула на тихую улочку и остановилась у нового кирпичного двухэтажного дома за высоким забором.
Александра с усмешкой кивнула на дом:
— Хорошо живет подруга Надежды Барятьевой, клад, что ли, нашла?
Павлина сверкнула недобрым взглядом.
— Да уж, хоромы отгрохала знатные.
Серафима оказалась крепкой женщиной лет пятидесяти с непримечательной внешностью и цепким, осторожным взглядом.
Проведя незваных гостей по выложенной гравием дорожке в дом, Серафима пригласила их в зал, обставленный дорогой по местным меркам мебелью.
— Журналисты, что ли? — фыркнула она.
— Нет, — ответила Александра. — Мы живем в доме Барятьевых, где вы раньше работали. И нам срочно нужна домработница, вот мы и хотели вас пригласить.
На лице Серафимы мелькнул испуг, затем появилось недоумение.
— С какой это стати?! — выдала она. — И потом, я была у Нади не прислугой, а ее компаньонкой, так сказать, по-дружески помогала ей.
Гостьи быстро переглянулись.
— Но деньги-то вы за работу получали, вот и мы вам заплатим, — улыбнулась Александра. — Столько, сколько скажете.
Серафима подозрительно прищурилась.
— А что, других, что ли, нет? Что это вы ко мне в такую даль приехали?
— Просто вы все в доме знаете, — протянула Александра. — И Надежда была вами довольна.