у меня умница. Мы редко виделись, но на мое день рождение она подарила мне этот кулон со словами: я всегда рядом, ты только позвони, и я прилечу. Этот кулон мне важен. В тот день я забирала его с чистки, поэтому положила в сумку. Какой-то негодяй вырвал ее и убежал. В полиции, мягко говоря, мне сказали, что никто этим делом не займется. Я обратилась к Нэнси, зная кто ее муж, и на следующий день Скотт в школу принес мне сумку, в которой лежала каждая мелочь. И кулон. И так он выручал почти каждого, для него это были минутные дела. Всегда было видно какой он строгий на работе, его даже немного опасались, но однажды меня позвали на день рождение Эндрю, и тогда я увидела Скотта с другой стороны. То, как он катал детей на своих огромных плечах выглядело очень по-семейному, он смеялся и корчил рожицы, дети от него не отходили. Я тогда сделала несколько снимков их семьи. Мне было приятно, что они меня позвали. Такие воспоминания не дают мне верить в то, о чем потом твердили газеты. Спустя 2 года его поисков он исчез. Ходят слухи, что он связался с нелегальными поставками с горя, его поймали и посадили, а зная правила тюрьмы, он покончил с собой. А как на самом деле случилось – никто не знает. – То, что вы мне рассказали, помогло мне убедиться, что вся информация про эту семью клевета. Я верю каждому вашему слову. Я разберусь в этом деле, я должен все узнать. – Вы хороший человек. У вас добрые глаза, в этом городе мало таких людей. Я верю в вас. С богом. Ситуация стала на немного яснее, но теперь появились новые вопросы. Надо наведаться в дом мисс Мэдисон. – А вы знаете, что хранится в подвале школы? – аккуратно спросил я. – Я знаю, что там старые документы, те, которые по разным причинам не отправили в архив. Вы думаете, что там может быть информация о Лилит? – Нельзя исключать этот вариант. А у вас случайно нет ключа от этой комнаты? – Что вы. Я обычный учитель младших классов, мне никогда не доверят такие важные предметы. Этих ключей всего два варианта. Один запасной, другой всегда у мисс Джонс. Запасной ключ надежно спрятан. О его местонахождении знают не многие. Я не одна из таких людей, извините. – Но может можно что-то придумать? Вы бы мне очень помогли. Мне здесь точно не рады, я уже успел поругаться с директрисой, я удивлен как меня не выгнали от сюда еще. Второго диалога с мисс Джонс ни она, ни я не вынесем. –Понимаю. Она тяжелый человек. Ну а что ей остается, под ее ответственностью тысячи детей. У нее всегда все на чеку. Боюсь, я не смогу вам помочь. Эти ключи под надежной защитой, мой статус не позволяет мне сюда лезть. – Вы правы. Это опасно. Но вдруг вы что-то услышите или узнаете, давайте я вам свой номер оставлю. Звоните мне в любое время дня и ночи. Ну или в крайнем случае просто выкиньте эту бумажку. Я вас больше не потревожу, не переживайте. Оставив женщине свой номер, мы попрощались, и я вышел. Теперь мне надо узнать, что по этому поводу думает Эллис. По описанию этой дамы, думаю, разговор будет не лучше, чем с директором. Ну я и не рассчитываю на легкие пути. Глава 6. Пока я ехал в дом Мэдисон, попутно спрашивая дорогу, думал о том, что мне делать дальше. А если миссис Джонс и правда выкинет мой номер, и я никогда не узнаю, что находится за запертой дверью в подвале школы? Тогда мне придется вламываться ночью в школу с ломом. Я должен все проверить. Я не оставлю ни капли сомнения в тех местах, где даже по слухам может что-то быть. Дом матери Хлои находился не очень далеко от особняка. С виду этот маленький домик выглядел очень старым и бедным. Во дворе был небольшой огород с помидорами. Около входной двери была клумба с ромашками. На крыше заметны мелкие трещины, а стены сделаны из темного камня. Не хотел бы никого обидеть, но похоже это, на домик ведьмы. Я взял волю в кулак и постучал в дверь. Мне пришлось постучать несколько раз до того момента, пока дверь со скрипом не открылась. – Я вас не знаю и разговаривать с вами у меня нет никакого желания. – сказал грубый голос через полуоткрытую дверь. – Извините за беспокойство. Но мне нужно с вами поговорить – А мне это не нужно, до свидания – перебила меня женщина и начала закрывать дверь. Мне ничего не оставалось как крикнуть: – Я знаю, что ваша дочь замешана в исчезновении Лилит Уэнсдей! Минутная пауза меня немного напрягла, я б даже сказал испугала. А если она за это выбежит на меня со сковородкой? Думаю, не очень приятно, когда твою дочь обвиняют в подобном. На секунду я пожалел о своих словах, но она ответила: – Ну что ж, грубиян, проходи, поговорим. Она открыла мне дверь и жестом предложила войти. Ее уверенность еще больше меня напугала. Не знаю, что она мне может сделать, но этот момент точно вызывал у меня мурашки. – Иди за мной. – сказала мне эта милая женщина. Пока я шел до кухни, в которую она меня привела, я рассматривал дом изнутри. Обои уже давно обесцветились, мебель была старая и почти разваленная, местами висела паутина. Почему я не поговорил с ней на безопасной территории? Зачем я сюда зашел? Я сел за обеденный столик и молча наблюдал за ее действиями. По данным ей лет 50, но выглядела она достаточно старше. В волосах мелькала седина, а на лице много морщин. Мисс Мэдисон поставила чайник на огонь и подготовила на столе кружки, сахар и печенье. Аппетита у меня в этот момент почему-то не было. Наконец она прервала эту паузу. – Давай начнем с того, что моя дочь не причастна к этой истории. Это я ее попросила сказать, что они не виделись с Лилит в этот день после уроков. Я не хотела, чтоб моего ребенка водили по допросам. Думаю, меня поймет каждая мать. Они были детьми и Хлоя никогда не желала зла старшей дочери Уэнсдеев. Они дружили, хоть и были разными во всем, даже внешне. В отличии от Лилит моя девочка была высокая, для своего возраста с ярко рыжими волосами и серыми глазами. Она не любила все правильное и правила придумывала свои. Я всегда считала, что именно такие люди добиваются высот. – Разве вы не считаете странным, что сразу после игр с вашей дочерью Лилит исчезла? – Именно так и посчитал бы любой коп. Это чистая случайность, поймите, на месте моей дочери мог оказаться любой другой ребенок. Лилит была общительной девочкой, она никогда не оставалась в стороне, была в центре событий. Я повторюсь, Хлоя к этому делу не имеет никакого отношения. Наверное, всем было бы только лучше, если мы б уехали из города. Наша семья бедная, мой муж погиб в автокатастрофе с младшим ребенком. Он вез нашего новорожденного малыша из больницы с еженедельного осмотра, сын родился с небольшими проблемами с сердцем, поэтому врачей нужно было часто посещать. На дорогу внезапно выехал грузовик. Авария не оставила никого в живых. Это была страшная трагедия для меня и Хлои. Мы никому об этом не говорили, потому что каждый раз вспоминать об этом больно. А всем только дай повод для сплетен. В этом городе все такие «правильные», добрые, и муху не обидят. Мы всегда были прямолинейные и никого из себя не строили, поэтому нас считали изгоями, называли неблагополучной семьей. Это я научила Хлою жесткости, в этом мире мягкость показывать нельзя, этим будут только пользоваться. Мне хотелось ей поверить. Рассказывая за мужа, она даже прослезилась, но что-то меня настораживает в этом человеке. Может она и правда просто слишком ожесточена грубостью людей? Я начинаю понимать написанное Нэнси в ее дневнике. Эта женщина не вызывает доверия, хоть ничего плохого вроде и не делает. – Ваша история ужасна. Я глубоко соболезную вашей утрате. Прошу прощения за свою резкость. Но мне очень нужно было с вами поговорить. Что вы знаете о родителях Лилит, слухи про них – это правда? – В какой-то степени. Но не до конца. Пусть мы и не были подругами с Нэнси, Лилит много про них говорила, мы ходили вместе на родительские собрания, да и вообще мы рядом живем. Я много про них знала. Они и правда были дружны и любили друг друга. Но к воспитанию детей подходили жестко. Отслеживали каждую оценку дочери, за любую, кроме отлично – строгое наказание. Я часто видела на теле Лилит синяки. Это не мое дело, поэтому я туда не лезла, но даже я воспитывала свою непослушную дочь в более мягкой форме. После исчезновения девочки, их дела покатились вниз. Нэнси начала терять голову, в прямом смысле сходить с ума. Сначала путала лекарства из-за чего больным становилось только хуже, ну а потом вовсе начала сама придумывать смеси из всего, что под руку попадалось. Ее дочь хотела придумать лекарство от всех болезней, поэтому Нэнси начала осуществлять несбывшуюся мечту Лилит. Ее положили в психиатрическую больницу, где она повесилась на простынях. Скотт не далеко от нее ушел. Его одержимость поисками Лилит начала выходить за рамки. Сначала он начал жить в участке с бутылкой в руках. Потом же, помогал преступникам избежать наказание, либо за поиски дочери, либо за запрещенные вещества, которые должны были помочь ему посмотреть на ситуацию с других сторон. На это долго закрывали глаза, потому что он был хорошим детективом, ну и все понимали в какой тяжелой ситуации он находится. Таких умных людей не так и много. Но когда это стало переступать границы, его посадили. Ну а в тюрьме он повторил судьбу своей жены. Они были сильными людьми, но осилить утрату дочери им не удалось. –А их младший ребенок? Что с ним случилось? – С ним по моим данным, все хорошо. Еще до потери ума, Нэнси отдала его своей матери. Будто чувствовала, что грядет что-то страшное. Бабушка во