сказала мне эта милая женщина. Пока я шел до кухни, в которую она меня привела, я рассматривал дом изнутри. Обои уже давно обесцветились, мебель была старая и почти разваленная, местами висела паутина. Почему я не поговорил с ней на безопасной территории? Зачем я сюда зашел? Я сел за обеденный столик и молча наблюдал за ее действиями. По данным ей лет 50, но выглядела она достаточно старше. В волосах мелькала седина, а на лице много морщин. Мисс Мэдисон поставила чайник на огонь и подготовила на столе кружки, сахар и печенье. Аппетита у меня в этот момент почему-то не было. Наконец она прервала эту паузу. – Давай начнем с того, что моя дочь не причастна к этой истории. Это я ее попросила сказать, что они не виделись с Лилит в этот день после уроков. Я не хотела, чтоб моего ребенка водили по допросам. Думаю, меня поймет каждая мать. Они были детьми и Хлоя никогда не желала зла старшей дочери Уэнсдеев. Они дружили, хоть и были разными во всем, даже внешне. В отличии от Лилит моя девочка была высокая, для своего возраста с ярко рыжими волосами и серыми глазами. Она не любила все правильное и правила придумывала свои. Я всегда считала, что именно такие люди добиваются высот. – Разве вы не считаете странным, что сразу после игр с вашей дочерью Лилит исчезла? – Именно так и посчитал бы любой коп. Это чистая случайность, поймите, на месте моей дочери мог оказаться любой другой ребенок. Лилит была общительной девочкой, она никогда не оставалась в стороне, была в центре событий. Я повторюсь, Хлоя к этому делу не имеет никакого отношения. Наверное, всем было бы только лучше, если мы б уехали из города. Наша семья бедная, мой муж погиб в автокатастрофе с младшим ребенком. Он вез нашего новорожденного малыша из больницы с еженедельного осмотра, сын родился с небольшими проблемами с сердцем, поэтому врачей нужно было часто посещать. На дорогу внезапно выехал грузовик. Авария не оставила никого в живых. Это была страшная трагедия для меня и Хлои. Мы никому об этом не говорили, потому что каждый раз вспоминать об этом больно. А всем только дай повод для сплетен. В этом городе все такие «правильные», добрые, и муху не обидят. Мы всегда были прямолинейные и никого из себя не строили, поэтому нас считали изгоями, называли неблагополучной семьей. Это я научила Хлою жесткости, в этом мире мягкость показывать нельзя, этим будут только пользоваться. Мне хотелось ей поверить. Рассказывая за мужа, она даже прослезилась, но что-то меня настораживает в этом человеке. Может она и правда просто слишком ожесточена грубостью людей? Я начинаю понимать написанное Нэнси в ее дневнике. Эта женщина не вызывает доверия, хоть ничего плохого вроде и не делает. – Ваша история ужасна. Я глубоко соболезную вашей утрате. Прошу прощения за свою резкость. Но мне очень нужно было с вами поговорить. Что вы знаете о родителях Лилит, слухи про них – это правда? – В какой-то степени. Но не до конца. Пусть мы и не были подругами с Нэнси, Лилит много про них говорила, мы ходили вместе на родительские собрания, да и вообще мы рядом живем. Я много про них знала. Они и правда были дружны и любили друг друга. Но к воспитанию детей подходили жестко. Отслеживали каждую оценку дочери, за любую, кроме отлично – строгое наказание. Я часто видела на теле Лилит синяки. Это не мое дело, поэтому я туда не лезла, но даже я воспитывала свою непослушную дочь в более мягкой форме. После исчезновения девочки, их дела покатились вниз. Нэнси начала терять голову, в прямом смысле сходить с ума. Сначала путала лекарства из-за чего больным становилось только хуже, ну а потом вовсе начала сама придумывать смеси из всего, что под руку попадалось. Ее дочь хотела придумать лекарство от всех болезней, поэтому Нэнси начала осуществлять несбывшуюся мечту Лилит. Ее положили в психиатрическую больницу, где она повесилась на простынях. Скотт не далеко от нее ушел. Его одержимость поисками Лилит начала выходить за рамки. Сначала он начал жить в участке с бутылкой в руках. Потом же, помогал преступникам избежать наказание, либо за поиски дочери, либо за запрещенные вещества, которые должны были помочь ему посмотреть на ситуацию с других сторон. На это долго закрывали глаза, потому что он был хорошим детективом, ну и все понимали в какой тяжелой ситуации он находится. Таких умных людей не так и много. Но когда это стало переступать границы, его посадили. Ну а в тюрьме он повторил судьбу своей жены. Они были сильными людьми, но осилить утрату дочери им не удалось. –А их младший ребенок? Что с ним случилось? – С ним по моим данным, все хорошо. Еще до потери ума, Нэнси отдала его своей матери. Будто чувствовала, что грядет что-то страшное. Бабушка воспитывала малыша до того момента, пока не узнала о его родителях, после этого уехала, никому не сказав куда. Будем надеяться, что сейчас он счастлив. – Спасибо вам за информацию, но я опять оказался в тупике. Вряд ли разговор с Эндрю что-то решит, ему тогда было 2 года и его оберегали от опасностей. Но что тогда мне делать? – А зачем вы вообще начали заново расследовать такое старое и забытое дело? – Я хочу, чтоб восторжествовала справедливость, не зависимо мертва девочка или нет. – Я бы посоветовала вам не пытаться дальше что-то делать. Даже если тут кто-то виноват, эти люди давно уехали, чтоб на них никогда не пало подозрение. Вы здесь бессильны. С грузом на душе и почти опустошенностью, я вышел из дома Мэдисон. Доехал на машине до особняка и пытался заново все обдумать.