рнуться в реальность, стал рассматривать бумаги, которые остались в папке. «Сегодня ранним утром, 4 апреля 1991 года, в 6:45 нашли тело девятилетней девочки, по последним сводкам пропавших без вести, описание этой девочки было больше всего похоже на Лилит Уэнсдей, которая исчезла 1 апреля 1989 года. К моменту нахождения, тело уже начало разлагаться и появилось окоченение. По показаниям судмедэксперта, тело пролежало в сыром месте с температурой воздуха +14 более 30 часов. Смерть наступила 2 апреля 13:00 от многочисленных тяжких телесных повреждений и потери крови. Следов борьбы или самообороны на теле не были обнаружены. После исследования ран, можно сделать вывод, что ребенок стал жертвой медведя. На теле и под ногтями обнаружены волоски меха бурого медведя. Из последних происшествий, девочка стала третьей жертвой зверя. По ДНК экспертизе было выявлено, что труп ребенка, найденного в лесу, принадлежит Лилит Уэнсдей» Я откинул фото и заключение судмедэксперта на соседнее сидение. Все это не может быть правдой. Я не верю в это! Я вышел из машины и просто смотрел на небо. Смотрел и пытался смириться с реальностью. Лилит мертва. Она мертва уже давно. Все это время я искал вот это. Почему я чувствую себя так плохо? Я же знал, что так, скорее всего и будет. Я знал, что все это может привести к такому исходу. Я знал в голове. Но в сердце продолжал верить. Я до сих пор почему-то не могу смириться. Я увидел фотографии тела и заключение специалиста, но я не хочу принимать эту правду. Я просто упал коленями на траву и опустил голову. Я кое как сдерживал слезы. Я чувствовал, как ярость распространяется по телу, и в то же время, огромная волна грусти пыталась захлестнуть меня с головой. Вот почему разговор с Нэнси вызвал у меня смешанные чувства. Я понял, что она как будто потеряла надежду. Но я не ожидал, что она… Я даже представить не могу на сколько тяжело было матери, увидеть бездыханное тело своего ребенка. Прочитать все ужасы, которые описаны в экспертизе. Как она это пережила. Я долго сидел на траве. На горизонте стал виднеться рассвет. Я пол ночи провел в размышлениях о произошедшем. Я настолько был повержен этой информацией, что у меня просто начали опускаться руки. В этот раз правда. Я только что испытал такое чувство, будто я потерял родного мне человека. Именно из-за этого чувства я не хотел привязываться к людям. Я не подпускал к себе никого. Но кто бы мог подумать, что я так сильно привяжусь к девочке, которую я должен был найти. Точнее, информацию об ее исчезновении. В той ужасной папке есть еще бумаги, надо хотя б дочитать все до конца. Мне надо было сделать всего пару шагов обратно к машине, но я не чувствовал свои ноги. Кое как преодолев это чувство, я начал рассматривать остальные документы. «Приказ Мэра. В связи с неадекватным поведение матери девочки, погибшей от несчастного случая, было принято решение о том, что женщина не должна знать подробности смерти и, тем более, видеть фотографии или само тело. Если Нэнси Уэнсдей узнает хоть малейшую деталь, это грозит тем, что она попадет в психиатрическую больницу, потому что после исчезновения ее дочери, был проведен медосмотр, который показал, что сейчас у женщины развивается депрессия, которая после любого стресса может повести за собой серьезные психические отклонения. Призываю вас всячески скрывать любую информацию, связанную с Лилит и не разглашать никому из посторонних…» Что за зверское решение? Что он за человек такой? Как можно было так поступить с женщиной? Он просто сумасшедший. Не Нэнси, а именно ему надо лежать в психушке. Что за приказ такой? Он что, король, чтоб так решать судьбу жителей этого проклятого городка? Мой гнев продолжает течь по моим жилам и с каждым прочитанным словом, он все больше усиливается. «Тело погибшей девочки нужно похоронить на основном кладбище и сделать достойное надгробие с приятными словами.» Он как будто котенка собрался хоронить. Он не собирается устроить даже церемонию прощания для бедной девочки. Это слишком жестоко. Такое ощущение, будто жизнь человека для него не имеет ни малейшего значения. Хотя пишет, что заботится о психическом состоянии Нэнси. Все это вранье. Ему плевать на всех и каждого в его городе, кроме самого себя. Только вот остается вопрос, если ему плевать на всех, какая реальная причина скрывать подробности смерти Лилит? И опять загадки. Вроде уже все ясно как день, а все равно остались нерешенные моменты. Это и гложет мою душу. В папке лежал еще один листочек, отличающийся от других, если эти выглядят именно как документы, то это просто вырванный лист из тетради. Еще и грязный, и в мокрых пятнах. «Это последнее, что я напишу. Никаких записей больше вести не буду. Не знаю, кто это сейчас читает, но заклинаю вас, пожалуйста, вскройте эту тайну. Расскажите всем об этом зверском поступке. Сделайте так, чтоб Мэр больше никому никогда не причинил вреда никому.» Это же почерк мисс Уэнсдей. С первых слов, похоже даже на предсмертную записку. Мне кажется, сегодня один из самых тяжелых дней в моей жизни. Я буду вспоминать его каждый день. Да и вообще, все это расследование останется глубоко в моей памяти. Оно останется мне уроком на всю жизнь. «Я сижу у могилы своей дочери, спустя так много времени ее поисков. У могилы… Я только что узнала, что с ней случилось. Но я не могу в это поверить. Это все сон. Я скоро проснусь, и мои дети прибегут ко мне в объятья. Мой муж будет рядом со мной. Будет моей опорой, какой всегда был. Мои прекрасные ангелочки, мои детки будут прыгать и играть друг с другом во дворе. Потом я приготовлю им блинчики с вареньем или все, что они захотят. Я хочу помогать Лилит решить задачу по математике, а не сидеть у ее надгробия. Было бы во мне больше сил, я провела бы эксгумацию тела и проверку ДНК в другом городе. В другой стране. Где угодно, лишь бы дать себе надежду, еще чуть-чуть надежды на то, что моя дочь жива. Лилит, цветочек мой, прости, это я не уследила за тобой, это я позволила этому случиться. Я никогда себя не прощу. Как только я буду убеждена, что вся правда вскрылась, я приду к тебе.» Черт! Это и правда предсмертная записка. Мне надо срочно связаться с Итаном. Какой же я дурак, почему нельзя было прочитать все сразу. Уже прошло много часов. Я лихорадочно взял в руки телефон и набрал номер. Шли гудки, но никто не отвечал. Я звонил минут 10 без остановки, мои руки тряслись, в голове картинки самых ужасных исходов. – Я не могу … – ответил, наконец-то Итан –Бегом к Нэнси! – перебивая его, кричал я –Что? –Беги, говорю! – Понял. Он бросил трубку. А я остался сидеть в машине. Я даже не могу приехать. Меня там все знают под другим именем. Я не должен никак пересекаться с мисс Уэнсдей. Если хоть что-то заподозрят, я не смогу выполнить ее просьбу. Может быть уже последнюю. Мне ж все говорили не лезть сюда. Каждый. Но я стоял на своем. Теперь мне остается просто сидеть и ждать новостей. Прошел час, два. А я места себе не нахожу. Ни сообщения, ни звонка я не получил. Я не спал всю ночь и, на удивление, даже не хочу. Мне кажется, если так и будет продолжаться, мне и правда надо будет обратно в психушку, только вот на этот раз, пить настоящие лекарства. Пока я не могу мыслить здраво, надо спрятать все улики. Есть только два выхода, либо Лилит и правда мертва и мне не нужно больше вести это расследование, либо это опять уловка, но пока что я точно не собираюсь продолжать. Мне надо успокоиться. Мне не хочется ни есть, ни пить, ни спать. Ничего. Вот, то, о чем говорил детектив Джон: мои необдуманные и самонадеянные поступки могут привести к смерти человека. К смерти Нэнси. Я никогда не смогу понять ее чувства, это прочувствует только мать, мать пережившая такое же горе. Не мне судить мисс Уэнсдей. Тем более она много лет находится в больнице. В этом кошмаре. Все мысли держала в голове. Только вот, раз она не опубликовала эти записи везде, значит просто не успела. То есть, сразу после получения этой папки ее забрали в психушку. Как будто специально дали ей прочувствовать это, но не дали проститься с жизнью. Любой другой скажет, что это забота, ее уберегли от необдуманных поступков. Но я-то знаю, что твориться в этом городе. Тут все было специально подстроено. Мэр хотел, чтоб Нэнси страдала. Чтоб жила с этим до конца жизни. Пусть тут все и так понятно, но мне кажется, что это далеко не конец. Я так и не узнал, что за община находится недалеко от города, да и тут много моментов, под которыми можно копать. Только вот из-за моих раскопок могут пострадать люди. Напоследок решил пересмотреть опять все, что я находил. От самого начала и до последней папки. Я заново перечитал все записки, рассмотрел каждую деталь. Почему же так много не состыковок? Не бывает таких совпадений, которые я находил. Если это окажутся и правда совпадения, я поверю в магию. В голове тысяча мыслей, каждая противоречит другой, но я постарался собрать все мысли в одно и понять, где прятать улики. В машине слишком опасно. Где-то закопать тоже не вариант. В особняке могут найти. Тем более после того, как узнают про Нэнси. Могут заподозрить неладное и обыскать более дотошно дом. Где же найти такое неприметное место? Через некоторое время, мне в голову пришла одна идея. Я откладывать ее не стал, хоть и было 5 часов утра, я поехал в гостиницу, в которой был, когда хотел встретиться с мисс Голд. Зашел внутрь с уже выдуманной историей. –Доброе утро, простите, но, если вы помните, я ос