Элизабет Голд. После встречи с Лиамом и всех махинаций в психбольнице, в теле появилась дрожь. Мне нельзя виду подавать, но я очень хочу, чтоб все наконец-то пришло к логическому заключению. Мне нужно работать, думать о лекарствах и больных, поэтому мне легко будет отвлечь себя. У меня новый пациент. У него грыжа белой линии живота. Это только начальная стадия, виден лишь бугорок на животе. Мужчина слишком любит поесть, его вес значительно превышает норму, что и вызвало такую болячку. С каждым новым пациентом, я вспоминаю как мы с Нэнси, в обеденный перерыв, обсуждали своих больных. Это тот человек, с которым можно поговорить обо всем. Она не была дотошной до мелочей в обычной жизни и не строила из себя начальницу. Мы могли и посмеяться, и поплакать. Могли подшутить над коллегами, что они не одобряли, но нам это не мешало. Мы часто выручали друг друга с операциями, я всегда была у нее на подхвате. А какие чудесные у нее дети. Восхищалась этой семьей. Мне нельзя иметь детей, такая уж у меня генетика. Но я всегда мечтала о сыночке или доченьке. Сына бы отправила играть в баскетбол, потому что, он, по-любому, унаследовал бы от отца рост. А дочку в модельное агентство. Я все уже так распланировала, а воплотить это в реальность не смогу. Мы думали усыновить ребенка, но пока что не решаемся. Это достаточно серьезный шаг для любого родителя, пусть у нас с мужем стойкий и решительный характер, это мы будем еще обдумывать. И вот я на работе, обычная рутина, хотя каждый человек со своим приколом. Кто-то хочет, чтоб от одной таблетки все болезни ушли, кто-то вообще отказывается принимать какие-либо лекарства. Что не день, одно веселье. Пока я разбирала лекарства для своих больных, мне позвонил муж: – Не возвращайся домой! Что??? Это шутка кая-то? Если он шутит, я ему подсыплю слабительного в его любимую утку. –Любимая, только не иди домой. Он бросил трубку. Что происходит? Может он хочет сделать мне романтический вечер? Но в его голосе не было ни намека на шутку. Я услышала шепот и дрожащие слова. Это начинает меня пугать. Если подумать обо всем, что произошло за последние дни, в голову лезут ужасные вещи. –Доктор Голд. – испугал меня голос из коридора. – О, я вас нашла, один привлекательный мужчина просил вам это передать. Девушка, которая работает за стойкой регистрации передала мне бумажку. –Небось поклонники пишут? – с улыбкой говорила она, но вот я ничего хорошего в этом не видела. Я молча взяла записку и начала ее читать: «Ты следующая, если не закроешь свой рот» Эти буквы. Такие же, как на записке у Лиама и как те, что я нашла давным-давно на территории больницы. Остин! Боже. Я рванула домой. Я бежала на столько быстро, на сколько могла. Мой дом недалеко от места работы, поэтому я всегда ходила пешком. Это полезно для здоровья. Но сейчас я пожалела, что не взяла машину. Дома я была спустя 6 минут. Забегая в дом, я увидела своего мужа, бьющегося в конвульсиях и пускающего пену изо рта. Я сразу позвонила знакомым врачам, чтоб они были тут как можно скорее. А сама начала растягивать рубашку Остина и повернула его на бок, пыталась сдержать его так, чтоб он не сильно бился головой о пол. По первым признакам это симптомы эпилепсии, но мой муж не страдает эти заболеванием. Я аккуратно начала осматривать его тело, но не нашла никаких видимы повреждений. Я не могла даже лекарство вколоть, потому что это все могло привести к анафилактическому шоку и потом… Не хочу об этом думать. Все, что мне оставалось, держать своего мужа и смотреть на его мучения, глаза щипали из-за слез. Я врач. Я каждый день спасаю много жизней, а сейчас самому родному человеку помочь не могу. – Прошу тебя, не оставляй меня. Держись, слышишь. Ближе тебя, у меня никого нет. Остин, пожалуйста, потерпи еще немного, скоро тебе помогут. Пока я разговаривала с мужем в дом уже ворвались врачи и начали уносить его в машину скорой помощи и начали брать кровь, что-то вкалывать. В машине была полная суматоха, я не раз такое видела, и не раз сама спасала людей в машинах. Но случая, при котором все признаки эпилепсии, когда человек этим не болеет, у меня такого не было. Через пару минут он перестал трястись, и я услышала долгий писк. Нет. Нет нет нет. Врачи начали делать прямой массаж сердца, вкололи адреналин, пытались восстановить дыхание. Но сердце не забилось. И тут я услышала самые страшные слова для любого человека: –Время смерти 13:42, пациент Остин Голд.