Выбрать главу

Девушка стукнула себя кулачком по бедру. Но Родя, не замечая этого, спросил:

— Вставят титановый стержень, и что? Нога вырастет, как хвост у ящерицы?

— Вырастет.

— Так это же круто! — вскрикнул парень. — Не получится в Германии — всегда можно сделать в России. Тут и расстраиваться не из-за чего. Всего четыре месяца потерпеть — и здорова. Разве это не чудо?

Молодые люди вывернули из проулка и вышли на широкую асфальтированную дорогу.

— Мама приехала, — всплеснула руками девушка.

Родя с интересом посмотрел в конец улицы. Во двор, из которого он недавно выходил, заезжал небольшого размера чёрный джип. Парень хотел восхититься машиной, но, решив, что у её отца тачка намного круче, не стал.

— Ладно, Родь, побегу я, — заторопилась девушка. — А то меня мама потеряет. В общем, завтра жду тебя к двум. Полотенце бери. Снова махнём на пруд.

— Хорошо, Лер, я приду. Беги уже, встретимся завтра.

Девушка замерла на миг, не зная, то ли пожать парню руку, то ли обнять его на прощание.

— Ну всё, пошла, — только и выдавила она.

— Я с тобой до калитки, — вставил Родя. Ему показалось, что Лера замешкалась оттого, что постеснялась припадать перед ним на ногу. Они дошагали до его ворот вдвоём.

— Дальше беги одна. Короче, встречаемся завтра, как договорились, — и, не дожидаясь ответа, парень исчез за дверью. Он не хотел смущать девушку, ковыляющую к своему дому.

— Родя, это ты? — донёсся голос бабушки из теплицы.

— Да, баб. Сейчас твои огурцы полью, как обещал.

— Так я управилась уже, всё полито и подвязано. Пойдём лучше ужинать, я такие вкусные перцы приготовила, с мясом и рисом — как ты любишь.

— Круто! — почти вскрикнул парень. — От такого шедевра я никогда не откажусь, — весело произнёс он, обнимая за плечи женщину и шагая с ней к дому.

Этой ночью Роде не снились ни Лариска Кузьмина, ни сводная сестра Лиза, ни соседка Лера. Он спал как убитый — крепко, без всяких сновидений и, по внутренним ощущениям, всего миг. Вытянувшись во весь рост на кровати, он блаженно закрыл глаза, улыбнулся своей новой и интересной жизни и в следующую минуту проснулся от громкого звяканья посуды на кухне. Парень зажмурился, намереваясь погрузиться обратно в сон, но яркий свет, заливающий комнату, так и остался стоять в глазах. Родя потянулся к телефону — на часах 10:30. Он резко уселся на кровати, не веря тому, что увидел. Вот только прилёг, а уже скоро обед. Вскочив с постели, парень одним взмахом одеяла накрыл сиреневую, словно баклажан, простынь и в одних трусах влетел на кухню.

— Ба, ты чего меня не будишь? Я, как сурок, вечером на бочок прилёг и только утром проснулся. Всю щёку в гармошку собрал.

— На свежем воздухе да в тишине хорошо спится. Я вот поначалу боялась одна ночью-то. Никого не знаю, а что случится — и бежать не к кому. Но потом с Павлой Тимофеевной, с соседкой нашей, сдружилась… А у неё муж, считай, военный… Здоровый такой… Так на душе спокойней стало. И сон пришёл крепкий. Так что ничего, обживёмся, привыкнем. Деду бы точно здесь понравилось, — женщина вздохнула и присела на табурет.

— Ба, да он с небес видит и нас, и дом, и ему всё нравится, — вставил Родя, прерывая мрачные мысли женщины. Хочешь, в следующие выходные к нему на могилку съездим? На электричке, вдвоём.

— Правда? — оживилась баба Саша.

— А что? Возьмём и махнём.