Поднявшись на третий этаж, Юлия Андреевна понимала: всё складывается в её пользу, оставалось дело за малым — успеть провернуть свой план до прихода Павла. Попросив Севку помыть фрукты, а Гелю — порезать сыр, она собственноручно принялась сервировать стол. Открыв бутылку шампанского и разлив его по бокалам, она незаметно всыпала в два из них белый порошок, который купила ранее, планируя подмешать Павлу, и, взяв третий бокал в руку, тут же отпила из него, помечая красной помадой безопасный фужер.
— Ребята! — воскликнула Юлия Андреевна. — У меня родился тост: предлагаю выпить за сбычу несбыточных мечт каждого! Пьём до дна! — прокричала Юлька и выпила весь напиток залпом, перевернув при этом бокал вверх дном, доказывая, что он пуст. Сева, позабыв про обещание «ни грамма спиртного», вместе с Гелей выпили по бокалу шампанского за свою мечту и, смеясь, перевернули стаканы вверх дном вслед за Юлией Андреевной.
— Совсем забыл, девчонки, мне же нельзя пить, — смущаясь, произнёс парень.
— А мы Павлу не скажем, — быстро произнесла Юлька. — Вон, съешь помидорку, она с сыром и чесночком — запахнешь по-другому. И несите уже фрукты и нарезку на стол, а то перерыв в праздновании заметно затянулся…
В «Хитровке», куда приехал Павел, свободных столиков не было, пришлось зарезервировать место у бара с первоначальным авансом в полторы тысячи рублей, которые Пашка знал, на что потратит. Раздевшись, юноша быстрым шагом проследовал к бару, уселся на высокий стул, подзывая рукой официанта.
— О, Бондарь, привет! Какими судьбами?
С двух сторон парня обступили два крепких молодчика, дыша алкоголем в лицо.
— Третьим будешь? — уже смеясь, предложили они.
Пашка узнал нападающего Олега и защитника Костю — двух верзил из новой команды, в которую парень попал недавно.
— Не, ребята, у нас же сухой закон, — промямлил Пашка, понимая всю абсурдность сказанного.
— Вот-вот, тебе сейчас придется выпить с нами, чтобы не разболтать всем, что видел нас пьяными…
— Цена молчания, сам понимаешь, — поддавливал Костик, суя парню стакан виски в лицо.
— Я за рулём, не пью. Да правда, мужики, не скажу я никому о вас, зачем мне это?
— Ну, как… Место себе застолбишь без усилий…
— Не, мне подковёрная борьба не интересна, я на честных условиях готов работать, — уже с ноткой металла произнёс парень.
— Ладно, ладно, пошутили. Ты чего здесь, раз не пьёшь?
— Водку купить…
— Смотри, а корчил из себя трезвенника и язвенника… — парни заржали, хлопая Павла по плечам.
— Товарищ попросил купить, — соврал Пашка, вспоминая Борисыча.
— Товарищ, значит… А мы тебе кто? Смотри, Бондарь, в одной лодке сидим.
Зазвучала клубная музыка, и молодые люди, приплясывая и смеясь, двинулись в сторону танцпола. Пашка снова махнул официанту, понимая, что потерял пятнадцать минут на бессмысленные разговоры. Купив нужное, парень тут же покинул клуб. Паркуясь возле общежития, Павел увидел у входа переминающуюся с ноги на ногу Юлию Андреевну. Не отрываясь от телефонной трубки, она махнула ему рукой.
— Юль, ты чего здесь стоишь, а где остальные?
— Погоди, Оль, — сказала девушка в трубку, плотно прикрывая её ладошкой. — Друзья денег попросили взаймы, не хватило в баре расплатиться, должны вот-вот подъехать… Минут десять как здесь околачиваюсь, замёрзла уже. Ты иди, Борисыч ещё на входе сидит, поднимайся на третий этаж, с лестницы сразу направо, комната двенадцать. Все там. Надеюсь, я скоро.
— Давай! — крикнул парень на ходу.
Сунув бутылку в пустующее гнездо, а вторую — в руку Борисычу, Пашка, не дожидаясь лифта, влетел по ступеням на третий этаж и, уткнувшись в цифру двенадцать, постучал в дверь. Никто не ответил. Парень толкнул дверь рукой — она поддалась.
Картина, представшая перед глазами, ошеломила. Образовавшаяся ватность в ногах, ватность в руках, ватность в голове вызвала ступор организма в целом. Бутылка шампанского медленно выскользнула из рук, грохнулась на пол, но не разбилась, лишь вывела парня из оцепенения. Павел подошел к кровати, на которой лежали его бывший уже друг Сева Дружинин и уже никакая не будущая жена Геля Селиванова. Полураздетые, они, нежно обнявшись, мирно посапывали. Схватив Гелю за руку, он дёрнул девушку на себя, пытаясь освободить её из объятий друга. Покрывало предательски сползло вниз, оголив грудь Гели. От встряски девушка открыла глаза и, улыбнувшись, прошептала: