— Добрый вечер, мадам, — низким баритоном произнёс парень, стараясь понравиться. — Моё имя Павел Бондарь, я форвард из «Вашингтон Кэпиталз», приехал из России, теперь живу и играю здесь. Мне нужна ваша помощь, мадам. Моя девушка Ангелина Селиванова, гостившая здесь в Вашингтоне, не дождавшись рейса, сдала билет на пассажирский самолёт и вылетела в Рим на вашем частном лайнере. Билеты сдали ещё три пассажирки, которые тоже находились на борту вашего самолёта во время полёта. Вы что-нибудь знаете об этом?
— Какой ужас, так Гала летела не только с Кирой, там были ещё люди… Я ничего не знаю, ничего не понимаю… Гала… ну, Галина — это гражданская жена моего отца, ну, теперь бывшая его жена, с дочерью Кирой… Понимаете, Майкл — это отец Киры… и мой отец… Он умер неделю назад… А Гала, ну, в общем, она не успевала на стыковочный рейс в Рим и попросила самолёт… Ну, я и одолжила… Только что мой брат Джордан сказал, что наш самолёт разбился… Пропал… В общем, его больше нет…
Пашка не понимал путаной речи женщины. Но услышанное врезалось в память — Гелька со своей новой знакомой, её дочкой и ещё двумя девушками, из-за задержки самолетов, вылетела в Рим, надеясь успеть на стыковочные рейсы. От этой мысли у него по спине пробежал холодок.
— А пилот имел профессиональную подготовку? — спросил Павел, стараясь сохранить невозмутимый тон.
— У нас два пилота, отец и сын, самые лучшие. Они любой авиалайнер на пятачок посадят — настоящие профессионалы. Я не понимаю, как такое могло случиться…
— На сколько часов полёта рассчитан бак самолёта? Сколько топлива берётся на борт?
— Я не знаю, — растерянно ответила женщина. — Я летала в Рим несколько раз, но разговоров о топливе никогда не было, тем более о том, что его не хватит. Я не понимаю, как такое могло случиться…
Женщина достала платок, чтобы промокнуть слёзы, текущие по щекам.
— А вы намерены искать Галу и девочку? Может, они совершили аварийную посадку и ждут помощи. Ждут, когда их найдут.
— Да, да, — ответила женщина, словно только что об этом подумала. — Конечно, я самолично займусь поиском… Я найду их, найду их всех.
— А можно мне принять участие в поисковой операции? Мне очень нужно… Геля — она моя жизнь, я не могу её бросить в беде…
— Конечно, конечно. Я просто не знаю, с чего начать, ведь поиски уже ведутся.
— Через два часа я представлю вам на рассмотрение свой план. Говоря о финансовых затратах, я готов взять на себя половину расходов…
— Нет-нет… Финансы я беру на себя. Только я не хочу, чтобы мой брат знал о наших поисках. Не говорите ему об этом, он и так в бешенстве, что самолёт пропал… Давайте встретимся на нейтральной территории, чтобы обсудить наши дальнейшие действия, к примеру, часа через три в кафе «Милано». Пишите мой телефон.
— В «Милано» слишком людно и шумно, давайте встретимся там, где поменьше людей, я напишу вам, куда подъехать.
— Хорошо, Павел, давайте так.
— Тогда не прощаюсь, до вечера.
Юноша встал и быстрым шагом направился к выходу. Чай остался нетронутым, не пригодился, парень узнал всё, что хотел. Сейчас за разъяснениями к следователю, теперь ему не откажут, он теперь представитель пострадавшей стороны и вправе знать подробности. По пути Пашка купил атлас мира с подробной картой Африки. Скопировав на неё маршрут заявленного полёта, Павел нанёс линию отклонения, нарисовал движение грозового фронта и последние координаты авиалайнера до исчезновения с радаров авиадиспетчера. После изучил характеристики самолёта, марку которого Пашка узнал у следователя, им оказался Bombardier Global 5000 — авиалайнер семейства двухдвигательных реактивных самолётов, который относится к классу больших бизнес-джетов, с дальностью полёта 9300 км и крейсерской скоростью 904 км/ч. Global 5000 способен был пролететь почти девять тысяч километров без дозаправки при скорости 850 км/ч, то есть мог находиться в воздухе более десяти часов.