Мальчишка появился.
– Йоуун скоро выйдет к вам, – сообщил он. – Можете подождать и покормить лошадей. Йоуун будет не против, если оставите ему немного сушеного мяса и лепешек. Провизия на исходе, а торговцы в наших краях нечастые гости.
Эрик кинул на меня победный взгляд: мол, что я говорил. Молча кивнула и велела:
– Один мешок с припасами. Борк, распорядись.
Пока мы кормили лошадей и поили, благо небольшое озерцо оказалось сразу за жилищем йоууна, Ясарат продолжал хмуриться.
«Не любит наследник менять свои планы из-за кого-то и ждать», – отметила я с усмешкой.
Йоуун вышел незаметно, но приковал к себе внимание всех. И если игенборгцы рассматривали замершего у входа пожилого мужчину с любопытством, то я с недоумением. Меня даже не отсутствие у него одной ноги смутило – от колена ее заменяла деревяшка. Слишком уж он был опрятный. Борода аккуратно подстрижена, волосы расчесаны и благородной седой волной спускаются чуть ниже плеч. Одежда хоть на первый взгляд и простая: штаны да поверх свободной рубахи застегнут жилет, облегающий еще крепкий торс, – но вещи добротные. Ткань дорогая, я в этом толк знаю, больше подходящая благородному человеку или купцу. Пошив не наш, так в Асдоре носят. Вот! Видимо, именно это меня и смутило.
Просто… это же йоуун. Все знают, что они отшельники, отринувшие мирские радости, и близкие к природе люди. А тут человек хоть и в летах, но вполне следящий за своим внешним видом.
Но, может, я себя накручиваю? Ведь раньше только слышала об йоуунах, а не встречала их. Просто не совпадает мое представление с реальностью, вот и все. В этом же нет ничего плохого? Да и башмак на единственной ноге, выглядывающий из-под штанины, в противовес хорошей одежде старый, стоптанный. Наверное, будь у него новая обувь, это бы стало последней каплей. Могли же ему одежду проезжающие путники подарить? Могли! Кстати, а не от наших ли беглецов подарки?
– Мир вам, добрые люди! – поприветствовал всех йоуун.
– Да хранит вас Мать-Степь, уважаемый, – приложив руку к груди, низко поклонилась я. Мой жест повторили все мои люди, а игенборгцы лишь склонили головы.
– Куда держите путь? Или вы прибыли ко мне?
– Мы спешим за своими друзьями, достопочтимый йоуун, – ответил наследник. – Скажите, не видели ли вы отряд с наемниками из Асдора и двумя женщинами? Я вижу, что на вас одежда из тех мест, – тоже отметил он.
– У вас зоркий глаз, юноша. Все верно, были путники, были. Но не останавливались. Напоили лошадей, передохнули недолго, оставили дары старому человеку и двинулись дальше в путь.
– А как давно вы их видели? – обрадовалась я тому, что мы идем по верному пути. Наследник пока приходил в себя от того, что его просто «юношей» назвали. Похвалили, словно мальчишку по голове потрепали. Так и хотелось захихикать в кулак. Что поделать, для йоуунов не существовало титулов и званий. Он бы и с акифом, а хоть и с самим императором Асдора разговаривал бы по-простому.
Йоуун задумался, что-то подсчитывая, и ответил:
– Дней пять-семь назад. Точно не скажу. Я не слежу за днями. Они как вода, что течет мимо меня.
– А вы можете сказать, где и как далеко наши друзья сейчас? – подал голос Ясарат.
– Могу. Чего не помочь добрым людям, – добродушно произнес йоуун, погладив бороду.
– И где же они? – скрипнул зубами наследник, теряя терпение. А потом его взгляд прикипел к руке йоууна у бороды. Задравшийся широкий манжет рубахи обнажил татуировку. Рассмотреть я не успела, йоуун опустил руку.
– Об этом я узнаю на закате, когда Мать-Степь делится со мною тем, что происходит на ее земле. Да и у каждого из вас наверняка на душе есть вопрос ко мне, ответ на который бы вы хотели получить. Можете задать. Я попрошу милостивую и мудрую Мать-Степь дать ответ.
– Только один вопрос? – вырвалось у меня.
– Один, прекрасное дитя. Самый главный. По пустякам милостивую Мать-Степь лучше не тревожить.
Я смиренно склонила голову, признавая мудрость его слов.
– Пусть каждый из вас подумает, какой вопрос задать, а я пока соберу травы, и мой помощник Кнур сварит для вас укрепляющий и восстанавливающий силы отвар.
– Кнур?! – удивилась я. Ведь так зовут мелкого и пронырливого грызуна в Степи. Имя очень подходило мальчишке, но кто же так мог назвать своего ребенка?
– Нур, дитя. Ты плохо расслышала, – поправил меня йоуун. – Поторопитесь с вопросами, я скоро пойду молиться в степь, мне нужны уединение и покой.
– Может, вам дать нашу лошадь? – предложила я. Куда же он пойдет на одной ноге, тяжело. – Или мы можем разбить лагерь дальше, не нарушая вашего уединения.