– Эрик, вам лучше сейчас отвернуться и отойти. Это касается всех! – объявил я, принимая от Борка воду, и для вескости добавил: – Иначе Исхан не сможет продолжить.
– А вы? – недовольно заметил Борк.
– А я помогу нашему целителю. Я равен Эсфер по положению, и в случае, если ее отец посчитает, что я запятнал своей помощью ее честь, может потребовать с меня компенсацию.
– Мать-Степь, как же у вас все сложно! – зашипела от боли Эсфер. – Не пойму, мне помогут уже или нет?!
И уже себе под нос добавила:
– Интересно, вокруг всех женщин такое представление устраивают или мне так повезло?
Но Исхан услышал и ответил:
– Прошу прощения за задержку. Потерпите, сейчас я вам помогу. Процедура лечения для всех айн одинакова. Только муны не требуют беспокойства об их репутации.
Я был готов к тому, что Эсфер тут же потребует относиться к ней как к муне, но, видимо, она слышала, кто это такие, раз закусила губу и промолчала.
Так называли женщин, запятнавших себя. С этим в Игенборге строго: один раз себя опорочишь – и уже репутацию не вернешь, станешь изгоем в приличном обществе.
Хорошо, что ей хватило благоразумия не спорить. И, пока она такая покладистая, я сам потянулся и, быстро расстегнув ей одежду, распахнул на необходимом уровне.
Помог Исхану, чувствуя его затруднение. Все же при лечении пациенток у него всегда есть под рукой женщины, чтобы помочь в такие щепетильные моменты.
Безобразные росчерки глубоких царапин портили безупречную нежную кожу, и я невольно поморщился от их вида.
– Неужели все настолько плохо? – выдохнула Эсфер.
Исхан в этот момент стал очищать раны, и из них заструилась кровь. Вид и правда стал еще хуже.
– Вам не надо было вмешиваться! – с укором вырвалось у меня.
– Ничего, я и не ждала благодарности. Просто не хотелось объяснять отцу, почему пострадал дорогой гость, которого мы сопровождали. Получить легкие царапины, защищая его, звучит намного лучше, – с сарказмом произнесла Эсфер.
– Я бы предпочел защищать вас. Мало чести, когда в бою своим телом тебя закрывает женщина. Я бы и сам справился.
– Извините, меня мало заботят угрызения совести вашей чести. Вы уж с ней как-то сами договоритесь.
И тут же ахнула. Пока мы пикировались, Исхан очистил рану и теперь промывал ее водой, смывая кровь. А потом наложил лечебную мазь и повязку.
– Глубокие слои я закрыл, а с остальным закончим завтра. Это минимизирует риск возникновения лихорадки. Быстрое лечение не всегда во благо, – пояснил он.
– Благодарю за помощь! Уже почти не болит, – бодрясь, произнесла Эсфер, поправляя одежду, и стала подниматься.
– Ты что делаешь?! Лежи! – От неожиданности я даже на ты перешел. Хотя, если учесть, где бродили мои руки, у меня есть на это полное право.
– Ага, буду я разлеживаться, когда неясно, кто еще пострадал.
Эсфер не собиралась ко мне прислушиваться, упрямо вставая.
– Я сам разберусь. Исхан, ну хоть ты ей скажи!
– Будь это айна или любая другая леди, я бы рекомендовал постельный режим, но воина с такими царапинами лежать не заставишь, – ответил этот предатель.
Патологической честностью он тоже, похоже, от эльфов заразился. Ну, я с ним еще поговорю!
Видя решительное выражение лица Эсфер, понял, что ее теперь лежа даже связанной не удержишь. Встал сам и протянул ей руку, помогая подняться. Хоть эту помощь от меня приняла.
Для дальнейших споров не осталось времени. Подведение итогов схватки принесло неутешительные новости. Я потерял двоих людей! У степняков погибших не было, лишь трое с несерьезными царапинами. А вот среди моих рууны отметили почти всех, но хоть ничего критичного.
Приходилось с неудовольствием признавать, что мирное время пошло не на пользу личной гвардии акифа. В отличие от степняков, мои люди оказались не готовы к нападению диких животных. Опыта сражений нет.
Теперь мне стало понятно, почему император Асдора время от времени проводит учения армии, забрасывая их то в пустыню, то в самое мерзкое из болот – Гнилище, кишащее наррами. Когда вернусь, надо будет поговорить с отцом об этом. Неприятно обнаруживать в собственной обороне такие недочеты.
У Исхана было полно работы, и разговор с ним я отложил на потом. Он должен с полувзгляда понимать пожелания своего повелителя, иначе места отца ему не видать. Я же занялся погребением погибших. Счет к Данису вырос в разы. Старший брат рискует не только собой и моей бывшей невестой, эти потери теперь тоже на его совести.