– Пойдемте встречать гостей, – сказала я, радуясь, что своим появлением Тхамул разбил непонятное напряжение, сгущающееся в воздухе.
Я с интересом рассматривала приближающихся путников. Пожилая женщина в темных одеждах вдовы ехала на рыжем пони, а по обе стороны, держась за уздечку, шли Ленни и девочка, ровесница моей сестренки Сири.
И если девочка смотрела на всех открыто, с любопытством, то Ленни исподлобья, поджимая губы. Что-то он не сильно рад своей компании…
Как оказалось, это не Ленни привел путников, а они его.
– Да хранит вас Мать-Степь! Мы пришли с миром, – приблизившись, поздоровалась женщина. – Извините за ранний визит. Не могла позволить, чтобы ваш сорванец пропал в Степи.
Я перевела вопрошающий взгляд на Ленни, и тот понурился, ковыряя ногой землю.
– Ленни, ты что, сбежал ночью?! – догадалась я.
– Не надо меня было отсылать! Я же сказал, что не поеду с ним. А если я вам не нужен, то лучше сам уйду, – с обидой шмыгнул он носом и вороватым движением утер рукавом набежавшие слезы.
Пони ткнулся мордой ему в плечо, словно утешая. Скосил на нас глаза с хитринкой, как бы говоря: «И вот не жалко вам его ругать? И так натерпелся».
– Дети… – усмехнулась женщина и стала спешиваться, обратившись к девочке: – Санни, придержи Звездочку. Ох, стара я стала для таких поездок…
Несмотря на жалобу, слезла она бодро и представилась:
– Я Фаида, из племени нуинов. А это моя внучка Санни.
– Да хранит вас Мать-Степь, Фаида! – ответила я на приветствие. – Благодарим, что привели мальчика. Я Эсфер…
– Я знаю, кто вы.
На этих словах Борк и Ясарат шагнули ко мне ближе, словно защищая, а женщина усмехнулась:
– Мать-Степь щедро делится со мной своими секретами, и я знаю, что происходит на этой земле.
– Вы тоже йоуун? – скептически спросил Ясарат. – Я слышал, ими могут быть лишь мужчины.
– Нас называют Видящими. Все мы дети Степи. Она, как мать, не делает между своими детьми различий, одинаково шепча тем, кто готов ее услышать.
– Пройдемте к костру. Согрейтесь после дороги, – пригласила я, проявляя гостеприимство и чувствуя, что нас ждет занимательный разговор.
Тем более что одежда у Фаиды была не простая. Такую носят жены вождей. Но про племя нуинов я не слышала. Видимо, они немногочисленны или держатся обособленно, стараясь в распри не вмешиваться. Но это не отменяет уважения к положению и возрасту гостьи.
Ясарат же меня придержал, недовольно шепча:
– А не чересчур ли много предсказателей? Я бы не слишком ей доверял. То йоуун, то эта Видящая…
– Давайте послушаем, что она скажет. Но будет неплохо, если ваш Конор последит за окрестностями, дозорные тоже пусть будут начеку.
Пони насыпали овса, девочку угостили сладостями, а Фаиду усадили у костра и налили горячего отвара. В глазах Ясарата я не просто читала подозрение, он им буквально лучился. Но, спасибо, пока молчал. Борк с Эриком тоже казались несколько настороженными, но не из-за Фаиды, а скорее потому, что принц выглядел недовольным. А еще я то и дело ловила их взгляды на себе и потихоньку начинала дымиться от возмущения. Ясно-понятно, что мои воины сейчас переживают, как я себя чувствую. Так вот, чувствовала я себя хорошо, о чем сказала им еще утром! Но нет же, то и дело косятся.
Фаида же точно не замечала наших переглядываний. С удовольствием выпив отвар, она отказалась от еды. И кивнула мне:
– Я видела тех, кого вы ищете. Мужчина и женщина, с ними немного воинов. Вы идете в правильном направлении, но стоит поспешить, принцесса.
– Почему? – Ясарат опередил меня, сверкнув глазами. – Откуда вы знаете, кого мы ищем?
Взгляд Фаиды, устремленный на него, не выражал возмущения, лишь бесконечное терпение и легкую улыбку.
– Суровый ты мужчина, принц Игенборга. Не кашляй, не кашляй, я знаю о каждом из вас. Со мной говорит сама Мать-Степь. Пусть твой крылатый друг следит за всем вокруг, он не увидит никого, кроме зверья, птиц и насекомых. Я пришла с миром. Племя нуинов не умеет лгать. Это достоинство и одновременно недостаток, потому мы избегаем других племен. Не все готовы слушать правду.
Смутные воспоминания зашевелились в моей голове. Что-то такое, о чем слышала в детстве… Мимоходом. Нечто не слишком важное для ребенка, но почему-то отложившееся в закоулках памяти.
– Ваше племя не встречалось с моим отцом? Лет пятнадцать назад? – Я еще сильнее напрягла память. – К нему приезжал невысокий мужчина со шрамом на правой брови…
Да! Вот почему запомнила! Его лицо показалось мне маленькой страшноватым из-за толстого шрама, пересекавшего бровь и почти всю щеку.